Шрифт:
У девочек вокруг вдруг массово появляются обручи. Парочку нам подкатывает Ольга. Переглядываемся с Викой, следует безмолвный обмен впечатлениями:
— Знакома с девайсом?
— Видела издалека…
17 ноября, воскресенье, время 10:40.
Москва, квартира Пистимеевых.
Первое, на что залипла в комнате Карины, — двухметровый станок у зеркальной стены. Испытала приступ зависти, у меня-то такого нет. Зависть быстро испаряется от осознания собственной тупизны. Мне ведь получить станок в комнату проще простого. Элементарно сообщить о своём горячем желании владыке нашего прайда.
А надо ли это мне? Надо! Раз надо — значит, будет. Так думаю я, и так скажет папочка.
— Ты сегодня молодец, Карина, — девочка розовеет от удовольствия.
Она действительно так старается, что мой стек только слегка касается её в нужных точках. И ни разу ещё не хлопнул по нежному месту.
— Давай плиссе попробуем, — сначала показываю сама.
Согнутая в колене нога оттянутым носком касается опорной сбоку. Хорошо бы и опорную ногу на остриё воздвигнуть, но пуантов у меня нет, поэтому ограничиваюсь полупальцами.
— Далее резко выпрямляешь и снова сгибаешь, как бы бьёшь ножкой, — уступаю Карине место.
Получается у неё смешно и неуклюже, но мой славный стек не свистит. Это трудное упражнение. Раньше чем через неделю-две даже на тройку не исполнишь.
— Это балетный элемент, гимнасткам так-то не нужен, но красивый и полезный.
— А мне в гимнастки идти?
— В балетную школу тебя не примут. Там лет с пяти-шести набирают.
Продолжаем работать, помогаю ей держать ногу. При попытке отклонить бедро вверх или вниз в кожу Карины втыкаются мои когти. Ногти у меня недлинные, но острые.
Родители сегодня дома, но старательно нам не мешают. Да и повода вмешиваться нет. Мне сегодня не пришлось бить их дочь.
Перед обедом требую рулетку. У Карины её нет, она вытрясает девайс у отца. Провожу антропометрические замеры. Рост у девчонки чуть-чуть не дотягивает до ста пятидесяти двух. Какой вес — не знаю, весов в доме не держат. Надо озадачить родителей.
— В школе в начале года нас взвешивали, — признаётся девочка и замолкает.
Удаётся вытащить из неё результат.
— Сорок четыре? А сейчас не меньше сорока пяти, — задумчиво оглядываю подопечную, не знающую, куда деть глаза. — По нормам гимнасток при таком весе твой рост должен быть сто семьдесят сантиметров. То есть как у меня.
— А ты сколько весишь? — в голосе слабая надежда, может, не одна она такая.
— Сорок восемь. У меня телосложение не совсем балетное.
В глазах Карины явственно проступает зависть к моему «не балетному» сложению.
— Ничего! — ободряюще хлопаю её по заднице. — Зато у тебя сиськи уже вон какие!
Почти как мои, или даже не почти. Работаем дальше. Хм-м, не я такая, жизнь так складывается.
— Коэффициент фактурности пятьдесят три, — огорчаю девочку объяснениями, что это значит.
— А у тебя какой? — в голосе уже никакой надежды.
— Чуть ниже пятидесяти, сорок девять и семь, как-то так.
— Значит, я ещё и коротконогая?
— Ага. Есть над чем работать, — ободряюще хлопаю по попке. — Зато у тебя вон какая корма. Прямо на зависть!
Карина чуть не плачет.
— Нечего хныкать. Во-первых, для гимнасток допустимо пятьдесят два. Это близко. Во-вторых, конечности можно вытянуть. В-третьих, ноги-то можно удлинить, но вот если бёдра узкие… — вздыхаю, — то помочь могут только роды, но это слишком уж радикально. А у тебя попка уже что надо.
Не удерживаюсь, снова хлопаю по упомянутому месту. Не стала огорчать девочку ещё одним нехорошим обстоятельством. В её возрасте конечности обычно растут быстрее, поэтому у подростков руки-ноги относительно длиннее, чем у взрослых. Карина натурально рискует стать коротконожкой. В полного и округлого папу пошла. Тётя Софа тоже с возрастом располнела, но всё-таки постройнее будет.
— А как ноги удлинять? — вопрошает девочка с отчаянной надеждой в глазах, когда мы выдвигаемся на обед.
— Мы этим уже занимаемся. Гимнастика способствует. Есть ещё один метод, но пока я его сама не опробую, к тебе применять не буду.
18 ноября, понедельник, время 17:15.
Лицей, спортзал 2-го корпуса (для старшеклассников).
Артём Дёмин.