— Персефона — классное имя. Наверняка так ее и зовут. — Я оставила попытки приплющить волосы вокруг ушей.

Засветился телефон Бекки.

— Простите, это Аарон, — смущенно улыбнулась она. — Я на секунду.

И вышла, подхватив обезьяний хвост.

— Бекки и Аарон — идеальная пара, — вздохнула Фрэнки. — Вы в курсе, что в первый день он прислал ей цветы? Букет ждал на стойке регистрации, когда она приехала.

— Ах, как чудесно, — проворковала Либерти. — Самый романтичный поступок моего бывшего — мое имя, написанное на снегу струей мочи.

Фрэнки взвизгнула от смеха:

— Вообще, впечатляет. У тебя длинное имя.

Мы отправились на кухню, где уже выпивали ребята. Все они раскрасили лица насыщенной желтой краской, а Негин поверх черной подводкой для глаз нарисовала разные смайлики. Коннор, нацепивший сомбреро и фальшивые усы, казался еще более взбудораженным, чем обычно. Когда Либерти начала мыть чашу, чтобы смешать пунш, он остановил ее:

— У меня есть идея получше! Все в ванную!

Затем схватил пакет с бутылками и банку «Несквика» и умчался.

Мы все втиснулись в узкую комнатушку и наблюдали, как Коннор, задрав ногу на бортик, одновременно выливает в ванну бутылку вина и бутылку текилы.

— Вот наша гигантская чаша для пунша! — провозгласил он.

Негин слегка поморщилась, оно и понятно — ванна выглядела отвратительно. На стенках темно-серым налетом отпечатался уровень воды, из одного из кранов торчали длинные черные волосы. И даже когда Коннор вылил кучу алкоголя, два литра колы, фруктовый сок и «Несквик», жидкость едва покрывала дно. Походило на зернистофиолетовое жидкое мыло, со странной блестящей пленкой на поверхности.

Коннор зачерпнул эту гадость стаканом и протянул Негин.

— Я не пью, — вежливо напомнила она.

— О, да, конечно. Так это типа из религиозных соображений?

Она пожала плечами:

— Сейчас скорее из медицинских. Как-то не хочется заработать гастроэнтерит.

Коннор сам опустошил стакан, после чего запрыгнул в ванну и лег, по дороге сбив с головы сомбреро.

— Ну же народ! — крикнул он. — Ванна бухла!

Джош пришел в обычных джинсах и футболке, но с резиновым пончиком на талии.

— Это наверняка опасно и нездорово, — вздохнул он, — но не все ли равно. Все-таки последняя ночь новичков…

— Последняя ночь новичков! — взревел Коннор.

— Точно. Итак, быстро играем в «Я никогда не» и в бар.

Мы вернулись на кухню и расставили стулья вокруг стола, и я заметила, как Коннор, с которого все еще стекал коктейль из ванной, ловко устроился возле Либерти.

— Ребят, пока не начали, я бы хотела поблагодарить вас за то, что приняли меня, — объявила Фрэнки. — Вот честно, я готова превратиться в рыдающий смайлик. Я люблю стариков, наверное, потому что они делятся со мной паштетом, но вы… вы меня прям спасли.

— Ты почтенный житель корпуса Ди, — заверил Джош. — Так что можешь начать игру.

Я огляделась. Мне и правда повезло встретить таких классных людей. Сегодня пришли даже Филлип и Нейтан, которые никогда ни в чем не участвовали. Мы стали разношерстной, но крепкой маленькой командой.

— Я никогда не… чувствовала влечение ни к кому из этого круга, — гордо заявила Фрэнки.

Все зароптали. Коннор, Либерти и Джош выпили.

Фрэнки преувеличенно важно покивала:

— Вы в курсе, что к окончанию универа номер вашего будущего супруга с восьмидесятипроцентной вероятностью уже будет в вашем телефоне?

— А номер Уилла у тебя уже записан? Вот в чем вопрос. — На этих словах Либерти все заулюлюкали в мою сторону.

Между нами с Уиллом что-то намечалось. Я нервничала, когда он заходил в комнату, и чувствовала головокружение от одной его улыбки. Пока что в плане парней универ определенно выигрывал у прежней жизни.

— Я тоже читала про телефонные номера, — сказала Негин. — Но мне нужны доказательства.

Фрэнки снова подняла руку:

— Мои родители познакомились в универе.

— Это просто еще один повод понервничать, — хмыкнула я. — К третьему курсу мы будем в истерике пролистывать список контактов.

— Я никогда не блевал в душевой! — крикнул Коннор и уставился на Либерти.

— Это была не я, — возмутилась она и расправила ангельские крылья, отворачивая лицо.

— Я никогда не занимался сексом на улице, — сказал Джош и сделал большой глоток пива.

С этими играми нужно быть осторожнее. Мол, все такие взрослые, опытные и веселые, но главная цель — разоблачение. Мне все равно, но для по-настоящему честных людей вроде Бекки это, наверное, та еще пытка. Я вдруг поняла, что она так и не вернулась из своей комнаты.