Первое, что он увидел, — огромный деревянный крест, задрапированный тканью. С потолка свисали хоругви. На кресте красовалась эмблема тайного общества — два скрещенных молота. Несколько канделябров освещали алтарь, отбрасывая на стены причудливые тени. Боковые проходы и маленькие ниши были погружены во мрак. К средневековому орудию пыток была привязана потерявшая сознание девочка, видимо Клара. Ее белая туника мерцала в темноте, словно далекий маяк.

Десять человек в глубоко надвинутых капюшонах окружили ореховый стол и совершали свой бесовский обряд.

— Жертвоприношение и дар Господу! Пусть он станет ключом для входа на небеса. Пусть Отец твой распахнет для тебя врата, получив доказательство твоего мученичества.

Этим словам вторило невнятное бормотание на латыни, а человек в капюшоне — судя по двум вышитым на балахоне крестам, это был Великий магистр, — засовывал что-то девочке в рот. Затем Ана Кастелар — а это была она — взяла в руки серебряную чашу и накрыла ее бархатным покровом.

— Да освободится душа от нечистого тела!

Один из карбонариев подошел к лебедке и повернул ручку. Привязанные к ногам и рукам девочки канаты натянулись. Времени не было: еще один или два поворота, и Клару разорвет на куски. Агирре вбежал в зал, не понимая, почему до сих пор никто не обратил на него внимания. За его спиной ревело пламя, искры летели во все стороны, но люди в капюшонах, казалось, находились в трансе и ничего не замечали.

— Отпусти лебедку!

Агирре вцепился в горло Великому магистру; из-под капюшона показалось лицо Аны Кастелар. Один из карбонариев выхватил шпагу.

— Я не хочу проливать кровь! — крикнул Агирре. — Мне нужна только девочка. Отвяжите ее!

Огонь уже проник в зал и побежал по притолоке. Люди в капюшонах явно нервничали.

— Если не хотите кровопролития, уберите топор, — велела Ана Кастелар.

— Я не пущу его в ход. Мне будет достаточно того, что вы выпьете ваше средство от холеры. Или яд, если называть вещи своими именами. Ведь именно так вы убиваете придворных-карлистов! А вы не знали? — крикнул он, обращаясь к остальным. — Вы все были в опасности. Один из вас, карлистов, должен был умереть от яда.

— Не говорите вздор!

— Тогда выпейте это. Если ваше зелье безвредно, вам не о чем беспокоиться. Так что или вы его выпьете, или я зарублю вас топором. Решайте.

— Великий магистр? — бесстрастным голосом произнес герцог Альтольяно, ожидая указаний.

Огонь пожирал занавески и портьеры. Человек, стоявший около лебедки, отпустил ее ручку. Ана обливалась потом под капюшоном, и Агирре сильнее сдавил ее горло.

— Да освободится душа от нечистого тела! — крикнула она злобно. — Немедленно!

Ржавый механизм пыточного орудия издал звук, похожий на карканье вороны. Человек в капюшоне снова начал крутить лебедку, растягивая руки и ноги девочки. Агирре взобрался на стол и, оттолкнувшись от него, одним прыжком оказался перед лебедкой. Точный удар топора прикончил карбонария, вращавшего ручку. Другой человек в плаще ринулся к Агирре, размахивая шпагой, но тот швырнул в него тело убитого, а затем поднял канделябр и поджег ткань вокруг креста.

— Через пять минут весь особняк будет в огне! — крикнул он. — Неужели вам не дорога ваша жизнь?

Ана Кастелар откинула капюшон и потерла шею, обводя все вокруг лихорадочным взглядом лунатика, не понимающего, где он. Несколько человек в капюшонах в ужасе побежали к выходу. Но двое, вытащив из-под одежды ножи, бросились на Агирре в тот самый момент, когда он начал отвязывать Клару. Все вокруг заволокло дымом, нападавших было почти не видно. С потолка рухнула пылающая балка, осыпая все вокруг искрами. Масляные лампы взрывались в языках пламени. Слышались крики, удары, топот ног. Агирре расправился с теми, кто на него напал, и продолжил размахивать топором, пока не убедился, что вокруг никого не осталось. Люди в капюшонах разбежались. Он вернулся к бесчувственной Кларе. Оставалось только отвязать ее и унести в безопасное место, но ноги почти его не слушались. Он потерял слишком много крови.

Агирре занес топор, чтобы перерубить веревки, но вдруг ощутил в спине сильное жжение, как будто язык пламени пронзил все его тело. Сквозь заволакивающий сознание туман он услышал голос герцога Альтольяно:

— Это тебе за стражей Алавы.

Агирре рухнул на пол, к ногам Клары, и герцог выдернул нож из его спины. Раздался голос Аны Кастелар — она так и не покинула свой идущий ко дну корабль.

— Девчонка должна стать жертвой.

Герцог кивнул. После этой ночи жена больше не посмеет назвать его трусом. Он спрятал кинжал и взялся за ручку лебедки. Ана, схватив флакон с кровью, исчезла за маленькой, хорошо замаскированной дверцей в восточной стене зала.