– Но перед едой, - продолжала Нехна, - вы запомните следующее. Слушайте внимательно, это не будет повторяться, и вы должны будете произносить это по команде.
– Ухмылка исчезла, и она проверила их лица суровым, немигающим взглядом, прежде чем продолжить: - Это кредо Крестовых. Первое: оставайтесь на свете. Второе: Беги, прежде чем сражаться. Третье: Если сражаешься, убей. Раны недостаточно. Четвертое: если поймают, покончи с собой, иначе они узнают, что знаешь ты.

Нехна сделала паузу, ее фонарик перебегал с одного лица на другое, пока она не рявкнула: - Повторить!

В ответ раздалось невнятное бормотание, слишком неточное, на взгляд Нехны.
– Еще раз!
– - приказала она, и голос ее зазвучал громким эхом.
– Никто не будет есть, пока вы не сделаете все правильно.

– Первое: оставайтесь на свете. Второе: Беги, прежде чем драться...

Луч фонарика метался от одного лица к другому, пока они повторяли слова. На этот раз они были более едины и точны, но все равно не соответствовали стандартам Нехны.
– Еще раз. Тот, кто в этот раз облажается, будет исключен.

Закрыв глаза от отвлекающего света фонарика, Лейла сосредоточила все ресурсы своего все еще частично сбитого с толку разума на том, чтобы точно произнести каждое слово Символа веры.
– . . . Если тебя поймают, покончи с собой, иначе они узнают, что ты знаешь.

Наступила тишина, луч прекратил свой беспорядочный ход. Лейла знала, что угроза уничтожения - не блеф, и вполне ожидала хотя бы одного увольнения. Однако Нехна выключила фонарик, не назвав ни одного номера.
– Так. Пора отвести вас, маленькие поросята, к кормушке.

Подгоняемые Крестовыми, их вывели из столовой и приказали обойти здание. Лейла беспокоилась, что их снова будут гонять до изнеможения, и с облегчением вздохнула, когда Нехна объявила привал у заднего входа. Двое Крестовых подошли к большому стальному бункеру, прислоненному к стене, подняли крышку и опрокинули ее. Густой запах гниющей пищи донесся до них, когда содержимое высыпалось на гравийную дорожку. Если бы не доминирующий голод, от этой вони Лейлу бы стошнило. Вместо этого во рту у нее выступила небольшая струйка слюны.

– Вкуснятины на три дня, - сказала Нехна, указывая на разбросанный мусор.
– Хватит на всех. У вас есть десять минут. Постарайтесь не переедать.

Бранн первым бросился в кучу, разбрасывая кости и другие несъедобные остатки в неистовом поиске пропитания. Остальные следовали за ним по пятам, а Лейла мучилась видениями дней своего детства, копаясь в отбросах. Однако старые привычки оказались полезными, и она быстро вырвала частично съеденное куриное крыло. Смахнув с него как можно больше гравия, она вгрызлась в него, и рот наполнился слюной при первом же вкусе мяса. Она оторвала от костей все сухожилия и плоть, а затем облизала их дочиста, после чего отбросила остатки в сторону и стала искать еще. Она проглотила огрызок морковки, затем коричневые остатки недоеденного яблока, и тело ее затрепетало от радости и отвращения.

Найдя картофелину с корнем, она приостановилась, поднося ее ко рту. Как скоро они будут кормить нас дальше? Голод все еще властвовал над ней, и она не удержалась и сделала пару укусов, прежде чем заставила себя остановиться. Сохрани это. Положив картофелину в карман комбинезона, она увидела Дреша, деловито грызущего заплесневелую репу.

– Не надо, - сказала она ему.
– Оставь немного на потом.
– Она пожалела об этих словах, как только они сорвались с ее губ. Ты хочешь, чтобы он остался? Было уже слишком поздно. Дреш, не обращая внимания на ее наставления, запихнул недоеденный овощ в свой комбинезон.

– Отвали!
– С резким диким рычанием Лейла перевела взгляд на Бранна и увидела, как он отпихивает Питта от куриной тушки. В ней сохранилась почти треть мяса, и это был настоящий трофей, несмотря на корчащиеся на ней черви.
– Получи свое, ты, дерьмо из реки...

– Номер один-восемь-три!
– Резкий оклик Нехны внезапно остановил их поиски.
– Устранен.

Бранн медленно поднялся с кучи мусора, на его лице отразилась тоскливая безучастность пойманного ребенка.
– Я . . . Я просто был голоден.

– Любая агрессия по отношению к кандидату приводит к немедленному устранению, - сказала Нехна.
– Ты не сможешь перейти дорогу, если будешь драться с товарищами по команде.
– Она покачала головой.
– В путь.

– Я не могу.
– Большой Агри окинул Крестовых умоляющим, требовательным взглядом.
– Мой дедушка... . .

– Пора идти, здоровяк, - сказал мускулистый Крестовый, выходя вперед и беря Бранна за руку. Он мягко, но твердо повел его от кучи.
– Попробуй в следующий раз, а? Наверное, это не займет много времени, раз уж так все складывается.