Елена взглянула на меня и нахмурилась.

Голос Клаудии стал резче:

«Так ты нуждаешься во мне?» Джастину нужно было его состояние, и у меня вдруг возникло извращённое чувство, что Клаудия тоже это почувствовала. «Знаешь что? Никто за всю мою жизнь не удосужился подумать о моих нуждах! Прости меня, Квинтус, я понимаю».

Я не хочу, чтобы все остальные думали, что ты сделал что-то замечательное, но я предпочитаю жить с тем, кто действительно любит меня.

Прежде чем кто-либо успел её остановить, Клаудия протиснулась к ближайшему проходу и начала спускаться по ступенькам к зрительному залу. Мне уже была знакома её привычка в одиночку входить и выходить из амфитеатра. Я тут же встал перед Квинтом, на лице которого всё ещё сохранялось недоумение. Господи! – казалось, говорил он сам себе; он сделал всё, что мог, и теперь был ужасно расстроен.

Как женщины могут быть такими бесчувственными...!

Накс вскочил со своего места и с возбужденным лаем побежал за девочкой.

Мы с Хеленой позвали её одновременно. Когда Клаудия направилась к крытому выходу для публики, женщина, которой удалось попасть на арену, пробралась в центр и заняла командное место на овальной сцене.

Это была женщина среднего роста с надменной осанкой: длинная шея, острый подбородок, копна взъерошенных каштановых волос и внимательные глаза, с любопытством следившие за Клаудией, когда та бежала к ней по коридору, а затем внезапно остановилась. На женщине была изысканная одежда нежных тонов с шелковистым блеском. Лёгкий плащ был застёгнут на плечах брошами в тон, соединёнными тяжёлой золотой цепью. Другие золотые украшения сверкали на её шее и пальцах, а в бледных ушах висели длинные изящные серьги.

Ее спокойный, аристократичный (и латинский) голос плавно доносился со сцены.

–Кто из вас Дидиус Фалько?

Если бы он привёл слуг, они бы ждали нас где-то в другом месте. Его одиночное появление было рассчитано на то, чтобы удивить нас. Я поднял руку, всё ещё испытывая беспокойство. В любом случае, он всегда был способен оскорбить любого, кто приходил просить милостыню.

– Боги Олимпа! Разрешает ли элита Киренаики женщинам-гладиаторам сражаться в своём цирке?

«Как невыносимо!» Женщина, блистательная в своей изысканной уличной одежде, холодно оглядела меня. Она слегка помолчала, как это часто бывает, предвкушая, какой эффект произведёт, и добавила: «Меня зовут Шилла».

Рядом со мной Елена Юстина блаженно улыбнулась. Я с ней согласился: я возьму эту клиентку.

ИЛ

OceanofPDF.com

–Как вы меня нашли?

Мы шли по тенистой, тёплой тропинке, ведущей к святилищу. Елена, моя скромная фрейлина, молча шла рядом со мной, держа меня за руку и подняв лицо к солнцу, словно поглощённая красотой пейзажа. Гай взял ребёнка на руки, а Накси ускорила шаг к дому, опередив нас. Молодые влюблённые, или кем бы они ни были, задержались, чтобы весьма выразительно объявить друг другу, что им больше не о чём говорить.

«Я нашёл тебя через твоего друга Петрония. Я уже разговаривал с человеком по имени Анакрит. Он сказал, что он твой партнёр. Я не обратил на него особого внимания».

Сцилла была откровенна и сразу перешла к делу. Она была женщиной, которая принимала собственные решения и действовала соответственно.

Я позволил потенциальному клиенту составить обо мне хорошее впечатление и, пока мы медленно шли, объяснил:

«Некоторое время я работал с Петронием, которому полностью доверял». Зная Петро, я на мгновение задумался, что бы он подумал о новой клиентке, когда она к нему обратится. Мой друг питал слабость к более уязвимым типам. Сцилла была худенькой, с жилистыми руками и твёрдой походкой. «К сожалению, Петро вернулся к своей карьере в вигилах. Теперь же я работаю с Анакритом, которому совершенно не доверяю. Я настолько ему не доверяю, что одно могу сказать наверняка: он никогда меня не подведёт».

Столкнувшись с традиционной проницательностью братства информаторов, Сцилла лишь отреагировала гримасой раздражения.

Это тоже было традиционно.

«Ты проделал очень долгий путь. Почему я?» — спросил я его любезно.

–Потому что ты уже занялся тем, что мне было нужно, чтобы ты сделал для меня.

Вы пошли в дом.

«Увидеть Помпония Уртику?» На мгновение я перенесся в роскошную виллу бывшего претора в Пинчиано, в декабрь, к тем двум неудачным попыткам взять у него интервью после того, как его растерзал лев Каллиопа. Была ли тогда там Сцилла — или кто-то рассказал ей обо мне позже? В любом случае,

В таком случае он уже знал, что молодая женщина жила с ним и была близкой подругой претора. Он хотел рассказать Помпонию о случившемся…

Его голос показался мне хриплым и низким:

«Это несчастный случай, которого не должно было произойти!» — сказал он.

– Это был мой вывод. А что насчёт Помпонио?

«Она умерла». Сцилла резко остановилась. Её лицо побледнело. «Она прожила до конца марта. Её кончина была долгой и мучительной».

Мы с Эленой тоже остановились в тени сосны с густой листвой. Часть слов Сциллы, должно быть, уже достигла ушей Элены, но хитрый дьявол позволил мне услышать всё.

Сцилла перешла сразу к делу, не упустив ни одной детали: «Ты, наверное, представляешь, Фалько, что я хочу, чтобы ты помог мне разобраться с ответственными людьми.

Я уже представлял это себе.

К чему я не чувствовала себя готовой, так это к общению с этой культурной, богатой и образованной женщиной. По слухам, ходившим по Риму, она была весёлой и беззаботной девушкой, но простого происхождения; скорее всего, отпущенницей на волю. Даже если бы Помпоний завещал ей миллионы сестерциев, такой простой человек, как она, не смог бы за несколько недель превратиться в истинный образ весталки.