Эвакуатору не пришлось далеко ехать, так как сани врезались в холмы в сорока километрах от комплекса. Радиотехник не смог получить ответа от пилота саней.

«Чёртов дурак слишком долго ждал», — сказал лётчик, нервно ударяя пальцами по бедру. «Предупредил его, когда он выходил, чтобы не ждал слишком долго. Но они никогда не слушают». Он повторял эти слова в разных вариациях, становясь всё более возбуждённым по мере того, как эвакуатор приближался к саням и повреждения становились всё заметнее.

Пилот эвакуатора остановил свой аппарат в четырех длинных шагах от саней «Певца».

«Вы, остальные, возьмите кристалл», — крикнул офицер авиации, бросаясь к обрушившемуся носу саней, наполовину засыпанному рыхлой грязью.

Выполняя приказ, Килашандра оглянулась на траекторию движения саней. Вдалеке она увидела ещё два следа скольжения, оставленных до того, как сани, упавшие на землю, резко остановились.

Отсек для хранения выдержал удар. Киллашандра с интересом наблюдала, как трое мужчин открыли ближайший люк. Как только они появились с коробками, она кинулась внутрь. Затем она услышала стоны раненого Кристал Сингера и гул проклятий от офицера полёта и медика, дежуривших у него.

В тот момент, когда она прикоснулась к ближайшей коробке, она забыла о раненом мужчине, потому что легкий, но отчетливый шок пробежал по ее костям с головы до пят и до головы.

Она крепко сжала переноску, но ощущение рассеялось.

«Пошли. Нужно отвезти этого парня обратно в лазарет», — сказали ей вернувшиеся члены экипажа.

Она подняла коробку, ступая осторожно и игнорируя увещевания членов экипажа, которые её выдавали. Она присела у коробки, пока кокон раненого Сингера ловко заносили в эсминец.

Во время короткого обратного пути в комплекс она размышляла о причине такой суеты. Симбионт наверняка залечит раны мужчины, если на это будет время. Она предположила, что симбионт снимает боль. Борелла, казалось, не испытывала дискомфорта из-за ужасной раны на бедре, а Консера, склонная к жалобам, умолчала о боли в регенерирующих пальцах.

Как только эвакуатор приземлился, Певицу поспешили к ожидающим медикам. Прижимая к себе коробку, в которой, как она искренне надеялась, находился чёрный кристалл, Киллашандра прошла через склад в сортировочную. Она без труда нашла Энтора, поскольку тот чуть не налетел на неё.

«Энтор», — сказала она, вставая и пододвигая к нему коробку, — «я думаю, здесь черный кристалл».

«Чёрный кристалл?» Энтор вздрогнул; он моргнул и нахмурился, глядя на неё. «О, это ты. Ты?» Его глаза, прикрытые линзами, расширились от удивления. «Ты? Что ты здесь делаешь?» Он полуобернулся в сторону лазарета, а затем поднялся на уровень новобранцев. «Никто не резал чёрный кристалл…»

«Кеборген, возможно, был. Он разбился. Это от его саней». Она с силой толкнула коробку ему в грудь. «Лётчик сказал, что он выходил резать чёрных».

Энтор по привычке схватился за коробку, совершенно не в силах осмыслить ни её объяснения, ни её внезапное появление. Киллашандра была раздражена нерешительностью Энтора. Она не хотела признаваться в шоке от прикосновения, который испытала в санях Кеборгена. Она ловко подтолкнула Энтора к столу, и, всё ещё ошеломлённый, он поднёс удостоверение к сканеру. Его руки на мгновение зависли в воздухе, но тут же опустились, когда он повернулся к Киллашандре.

«Давай», — сказала она, раздражённая его нерешительностью. «Посмотри на них».

«Я знаю, что это такое. А ты откуда?» Нерешительность Энтора исчезла, и он посмотрел ей в глаза почти с обвинением.

«Я их потрогал. Открой. Что Кеборген порезал?»

Не сводя с неё неземного взгляда, Энтор открыл шкатулку и достал кристалл. Киллашандра затаила дыхание при виде тусклого, неровного кристалла.

сантиметровый сегмент. Ей пришлось сознательно выдыхать воздух из лёгких, пока Энтор благоговейно распаковывал два дополнительных куска, которые подходили к первому.

«Он хорошо резал», — сказал Энтор, внимательно разглядывая троицу. «Он очень хорошо резал.

Просто не хватает одного изъяна. Это объясняет форму.

«Он отрезал себе последнее», — раздался глубокий голос Мастера Гильдии.

Вздрогнув, Киллашандра обернулась и поняла, что Ланзеки, должно быть,

Он прибыл за несколько минут до её прибытия. Он кивнул ей, а затем поманил кого-то на склад.

«Принесите оставшуюся часть доли Кеборгена».

«Там есть еще черный цвет?» — спросил Энтор Киллашандру, осторожно ощупывая пластиковую упаковку.