— Если у тебя есть ненужные мысли сначала подумай о том, что я знаю где находится потерянная богиня, — сообщил я Анне, поднимая и усаживая ее в кресло второго пилота.

Не хотелось бы, чтобы она вновь включила режим берсерка, или сбежала, умертвив эту оболочку. В том, что она на совершенно ином уровне и тело ее здесь без кванта души, я не сомневался — решит самоубиться, и скорее всего возродится сразу на Земле, так мне почему-то кажется.

Приходящая в себя женщина молчала, я — поправив ее одежду, закрыв самые большие прорехи, ждал пока она окончательно придет в себя. План дальнейших действий уже складывался.

Две богини в одной звездной системе — это слишком много. Но прежде с этой мне нужно поговорить. Вернее, попробовать договориться.

Анну, пока она еще не до конца пришла в себя, перенес на камбуз и примотал к стулу не жалея скотча. Пусть она и без своей силы здесь, но тело ее модифицировано на совершенно недоступном арагонским патрициям уровне, так что даже сейчас я обращался с ней с опаской. Закончив мотать скотч, поправил мундир на женщине, закрывая оголяющие тело прорехи, потом полез в холодильники в поисках еды.

Практически сразу обнаружил — просто знал где и что искать, замороженные наборы для праздничных обедов, выбрав себе сразу два. Несколько минут ожидания приготовления, и у меня начался просто праздник души и тела, оправдывая назначение готовых комплектов еды. Восемь лет питания порошковыми брикетами — и сейчас, полуприкрыв глаза, я наслаждался нежным, тающим во рту мясом брахиозавра, заедая его пирожным из десерта, жадно накидывая сверху запеченной красной рыбой и салатом с креветками, чередуя еду сразу из двух наборов.

Это было какое-то чудо, просто невероятный уровень наслаждения — сомневаюсь, что в ближайшее время даже близко окажусь к такому моменту, поэтому смаковал каждую секунду.

После того как еда кончилась, усилием воли заставил себя подождать, пока придет ощущение сытости — был соблазн достать еще один готовый обед. Но справился, и чуть погодя лениво растекшись в кресле наслаждался свежезаваренным кофе. Анна к этому времени уже почти вернулась в норму, хотя старалась этого не показывать. Неторопливо допив кофе, я подошел к ней и рывком оторвал полоску скотча с глаз. Принял решение не скрывать обстоятельства своего появления, мне кажется с ней это будет правильным.

Отключил крепления к полу одного из стульев и поставил его напротив замотанной скотчем Анны, перевернув спинкой вперед.

— Привет, — поздоровался я, присаживаясь.

Анна не полностью восстановилась, но глаза уже сфокусировались и на краткий миг округлились, когда она поняла кого именно видит.

— Здравствуй, — скрыла все же женщина удивление моей изменившейся, более взрослой внешностью.

— Рассказывай.

— Что рассказывать?

— Мотив. Почему ты захотела меня убить.

— Ты демон.

— Серьезно? — я новым взглядом посмотрел на женщину. — А вот лишняя информация, ставшая мне доступной и делающая тебя уязвимой?

— Первопричина в том, что ты — демон. Не будь этого, я бы не стала пытаться тебя убивать… скорее всего.

— У тебя с демонами что-то личное?

— Я их ненавижу.

— То есть ты считаешь весь так называемый Арагонский эксперимент ошибочным?

— Да.

— Отчего же?

— Знаешь настоящую причину геноцида демонов?

— Конкуренция видов.

— Да. Только начатая не нами. Мы продвигаемся в космос всего каких-то жалкие три сотни лет, а демоны и иные силы проводят ползучую экспансию уже сотни веков, если не больше. Земля — лишь небольшая страница истории для них, а для нас…

— Я слышал более превозносящее человечество версию.

— Я эту более превозносящую человечество версию писала. А перед этим принимала во всем этом непосредственное участие, столкнувшись со Вторжением в первых рядах. И готовили его, открывая первые порталы у нас на Земле, приспешники демонов с помощью ритуальных детских жертвоприношений.

— Люди с демонической кровью?

— Да.

Теперь мне действительно стала немного более понятна ее мотивация. Хм, а я совсем о другом думал, и основным планом было не оставлять ее в живых — сейчас же стратегия стремительно менялась. Анна же продолжила, как будто не замечая моей сосредоточенности.

— Демоническая раса отказывает людям в субъектности, мы для них как насекомые, просто корм. А демоническая кровь меняет человеческое сознание, меняет души, и я не уверена в том, что измененных патрициев Арагона можно называть людьми.