Девять лет наконец прошло. Я проснулся, дождался обеда, вечера, полуночи — и ничего не случилось. Потом прошел еще день, и еще один. Ничего.

Я переживал затянувшееся ожидание достаточно тяжело — несмотря на всю закалку духа, полученную за минувшие годы, и несмотря на холодный склад разума, дарованный мне демонической кровью.

На восьмой день начавшегося десятого года путешествия решил, что еще три месяца, и после разбужу девушку богиню. Вместе веселее будет дотянуть до исчерпания запасов еды, а после свалимся в анабиоз и отправимся куда-нибудь — может в этом как раз смысл?

Приняв такое решение, лег спать — впервые более-менее спокойно за последнюю неделю. Разбудило меня странное чувство тяжести, вместе с ощущением нехватки воздуха. В момент, когда проснулся — довольно тяжело выплывая из беспамятства, ощущения исчезли.

И что это было, сонный паралич?

Полежал немного, оценивая нормализовавшиеся ощущения и пытаясь вспомнить эхо недавно испытанного. Потом неторопливо принял душ, переоделся и прошел на капитанский мостик. Пустой, тихий — транслирующие пространство снаружи экраны не показывали звезды вокруг уже девять лет, расцветая панорамой только во время тренировок-имитаций, когда я в роли капитана разных кораблей принимал участие как в ранее состоявшихся, так и самостоятельно смоделированных сражениях.

Едва занял капитанское кресло, как вдруг загорелось красным сразу несколько индикаторов, оповещая что яхта попала в прицельный луч неизвестного корабля. Даже двух. Уже трех, а теперь сразу и четырех.

— Яхта «Сабина», ответьте патрульной службе Сил Обороны. Яхта «Сабина», ответьте патрульной службе Сил Обороны, — раздался в рубке бесполый механический голос.

Говорил живой человек — может в тысяче, а может в миллионе километров от меня, но система связи изменяла его голос по избежание персональной идентификации. Стандартный протокол для патрульных кораблей, особенно обращающихся к клановой яхте. Были прецеденты, после чего ввели такую практику — в Арагоне просвещенный феодализм, так что в случае личного конфликта, если сам лично протектор за обычного чиновника или офицера Сил Обороны не заступится, клан вполне может уничтожить походя кого угодно. Как Стефу, или как тех многих людей о судьбах которых я узнал из клановых архивов, частично доступных в памяти яхты.

Думал обо всем этом спокойно и размеренно. Как и в первый день на яхте у меня словно защитный механизм психики включился, запрещая радоваться — чтобы, если окажется что случившееся ошибка или галлюцинация, не было горького разочарования.

Отвечать на запрос я не стал. По клановой яхте без предварительного выяснения стрелять не будут, так что есть время попытаться понять где я и что происходит. Об этом размышлял на первом плане, на втором уже все же постепенно начиная ликовать, хотя и не до конца веря, что мое путешествие подошло к концу.

С момента разговора с богиней удачи на пульте вот уже девять лет так и мерцала кнопка запуска ориентации корабля в пространстве, которую я сейчас и нажал с удивительно спокойным сердцем.

Меньше трех секунд потребовалось, чтобы определить местоположение — бросив взгляд на экран я увидел, что нахожусь в той же самой точке, куда Анабель должна была отправить яхту дрейфовать на одиннадцать месяцев. Поэтому так быстро и был сделан расчет ориентации — яхта как будто из этой точки пространства никуда не исчезала.

Вот только пространство вокруг больше не было пустынным — на мне сошлись сразу четыре прицельных луча кораблей, выключивших опознавание, еще два военных корабля отображались на моем навигационном экране — с работающими идентификаторами отображая присутствие. Кроме этого поодаль, относительно конечно — в миллионах километров, в мою сторону спешили сразу две летающих лаборатории.

— Яхта «Сабина», говорит патрульная службы Сил Обороны. Оставайтесь в покое и приготовьтесь к досмотру, к вам будет выслана десантная партия.

Да-да, уже бегу дорожку красную в шлюзе расстилать — фыркнул я, уже делая то, что тысячи раз до этого тренировал на симуляторах, а именно просчитывая курс и разгоняя реактор. Параллельно настраивал связь чтобы создавать впечатление, что передача ведется не отсюда, а яхта без экипажа на борту и всего лишь работает ретранслятором.

— Силы Обороны Протектората, говорит яхта «Сабина». В досмотре отказываю, сектор покидаю, — ответил я, уже готовясь разгонять яхту с места на форсаже.

— Яхта «Сабина», ответ негативный. Оставайтесь на месте и готовьтесь к осмотру, иначе…

— Иначе ты будешь досматривать свой приказ об увольнении, — прервал я неизвестного флотского офицера. — Яхта «Сабина» принадлежит главе клана Сангуэса, и, если вы в течении минуты не снимете с направленные лучи или не включите идентификаторы, встретимся в суде.

Который клан Сангуэса конечно проиграет, но дело ведь совсем не в этом — и потому три из четырех лучей исчезли в течении тридцати секунд. Дожидаться минуты и проверять реакцию четвертого капитана Сил Обороны я не стал — я ведь не Сангуэса. У меня уже все было готово и поудобнее устроившись в амортизационном кресле, я хлопнул по кнопке старта, взрывом разгоняя реактор и уходя с места на максимальном ускорении, которое может выдать «Сабина».