— Так бы сразу и сказала. «Сломались или потерялись», знаешь ли, не дают полной картины.

— Ой не цепляйся к словам, — с улыбкой махнула рукой незнакомка.

— Хорошо, пока не буду. Спасибо за разъяснения. Итак, повторю вопросы — кто ты, когда ты вышла из анабиоза и что здесь происходит.

— Я — это она. Из будущего.

— И твое нахождение здесь подразумевает, что мы с ней отсюда все же выберемся.

— Конечно. Как бы я иначе здесь появилась?

— Ты здесь физически сейчас находишься?

— Потрогать хочешь?

— Мне достаточно ответа.

— Меня здесь нет и никогда не будет.

— Парадокс?

— Именно. Ты же знаешь, что в адекватной физической модели невозможно создание галактического государства?

— Смутно, — покрутил я рукой, подразумевая поверхностные знания.

— Хотя бы о релятивистских эффектах имеешь некоторое понятие?

— Да, но если что я не силен в математике.

— Совсем?

— Так, лишь некоторое понятие имею. У нас времени много?

— Бесконечность.

— Давай тогда попроще и сначала.

— Давай. Ты же понимаешь, что все движение — относительное?

— Ты сейчас в контексте подразумеваешь, что скорость — это относительная величина, а время — функция относительно скорости?

— Да… — с удивлением посмотрела на меня незнакомка.

— Так вот ты о чем, — начал я понимать причину парадокса ее здесь присутствия. — Лента Мебиуса, да?

— Не поняла.

— Трехмерное пространство с одной гранью. Если тебя здесь нет, но мы разговариваем, значит ты как-то закуклила материю, игнорируя теорию относительности, верно? Двигаешься не ты и не я, а пятимерное пространство вокруг нас, так?

— Типа того… — повторила мой недавний жест незнакомка, покрутив рукой. — А говорил, что не понимаешь!

— Так я до сих пор не понимаю.

— Знаешь, Геральт, про незнание математики мне кажется здесь кто-то пи…

— Я не Геральт.

— Ладно, проехали. Наша Республика — галактическое государство, где расстояния между протекторатами нелинейны, именно поэтому мы живем по одному стандартному времени. Все провинции соединены с метрополией — только с метрополией, порталами квант-переходов, решающих принципиально нерешаемые проблемы галактического государства — быстрого перемещения и мгновенной связи. Ведись космическая экспансия в трехмерном пространстве, земное правительство планировало бы колонизацию и битвы учитывая еще не родившихся детей, живущих в субъективном времени… Следишь за мыслью?

— Да. Пока отец семейства слетал на Альфа Центавру, у его внуков уже выросли свои внуки, а у него только борода отросла, — утрировал я, но щелчок пальцев странной незнакомки подсказал мне, что попал в точку.

— Верно. В разных звездных системах время идет по-разному, если грубо, но двигаясь по следам иных сущностей — назовем их богами, человечество захватило себе немало территорий. Мы продвигались вперед в многомерном пространстве, где время — тоже координата, которую мы учитываем и синхронизируем с метрополией. И сейчас я увела «Сабину» из системы Арагон…

— Покинув территорию, контролируемую Республикой?

— Именно!

— Так снова вопрос: кто ты?

— Я — это девушка, которая сейчас лежит в капсуле в анабиозе. Только из будущего. Другого ответа пока не будет, извини.

— Понятно, — вздохнул я. — Зачем мы здесь?

— Чтобы нас не нашли.

— И долго мы…

— Нет. Я сейчас отправлю тебя в одно место, где будет кротовая нора, которая вернет тебя в систему Арагона.

— И ты знаешь, где в пустоте будет эта кротовая нора?

— Нет.

— Хорошая шутка.

— А это не шутка, — совершенно серьезно посмотрела на меня незнакомка.

— То есть ты сейчас реально запулишь меня, вернее нас, из пустоты в пустоту без понимания направления движения и всерьез рассчитывая на попадание в гравитационную аномалию, которая вернет нас на Арагон?

— Да.

— Это же какой параметр удачи должен быть, чтобы…

Я не договорил, потому что понял. Передо мной сейчас сидела богиня — именно такой ее отображали статуи. Самая популярная богиня Республики вне Пантеона — первого круга из тридцати шести божественных сущностей.

— Вопрос про удачу снят, — поднял я ладони, увидев, как в ответ на жест богиня улыбнулась.

— У меня есть для тебя два варианта.

— Какие?

— Цена возвращения домой — девять лет, она неизменна, выбирай только кто платит. Или ты возвращается на Арагон почти мгновенно для себя, но там проходит девять лет. Или же ты возвращаешься на Арагон в тот самый момент, когда покинул систему, но до этого момента, для тебя в твоем субъективном времени, пройдет девять лет.

— Ты же знаешь ответ.