— В описании курса нашей подготовки нет четко указанного периода времени проведения начавшихся сейчас военных игр. Мы сейчас в одном из воздушных городов республиканской армии, на форме у нас эмблема не только своих отрядов и эскадронов, но и герб нашего инкубатора! Китано сказал, что возможность отправиться в Академию будет предоставлена победителям, а не победителю!

Пришлось сделать паузу — голоса в голове зазвучали так громко, что чуть было не начал за ними повторять суждения, не способствующие улучшению переговорного фона. Но ограниченное восприятие и неспособность понять очевидное серьезно злило моих внутренних демонов.

— Менторы второй ступени из остальных инкубаторов Уэски наверняка участвуют в военных играх параллельно с нами, и «выживет только один» — условное выражение, означающее победу одного из отрядов. Я бы не хотел начинать испытание с позора быстрых решений, поэтому Лола — вернись, пожалуйста, к нам.

— Допустим, я вернусь. И что мы будем делать? — после некоторой паузы негромко спросила она, явно переборов себя. Ну вот, пошел наконец конструктив.

— Очевидно, что роль волка завязана не на ошейник, а на омнифон. Ты возвращаешься, и мы снимаем с тебя ошейник. Потом ты передаешь роль волка Милагрос, после — освободившись от ошейника, она в свою очередь передает роль волка Анабель, и в конце волком становлюсь я.

— Почему ты?

— Потому что если этого не случится, то сейчас мы с Анабель и с присоединившийся к нам Милагрос быстро тебя найдем и завершим командное соревнование выжив все вчетвером, просто ты сделаешь этого немного более помятой и обездвиженной. Не забывай, что мы с Анабель — Сангуэса, и можем видеть в разных спектрах зрения.

— Ты Рамиро.

Невероятным усилием получилось удержаться от грубости. Помогло, что щеку прикусил изнутри до крови.

— Лола, у тебя есть время подумать, пока мы ищем необходимые инструменты.

Анабель бросила на меня короткий колючий взгляд — очень недовольная, что я назначил себя победителем, но слова по этому поводу не сказавшая. Милагрос уже подошла к нам ближе — она определенно не глупа и уже выбрала вариант не проиграть. Прекрасно понимая, что если не согласится, то ей сейчас тоже придется стать «немного помятой и обездвиженной».

Лола где-то внизу молчала, затаив дыхание, а у меня все громче раздавались голоса в голове, заставляя нервничать — если она сейчас не отреагирует, я не уверен, что до конца игры доживут все участники.

Лола вернулась, собранная и напряженная. Поднялась по лестнице как раз в тот момент, когда я собирался идти ее искать, чтобы пристрелить — демоны нашептали уже так, что злость в груди адским огнем бурлила.

Вернулась Лола молча, с застегнутым на все пуговицы пиджаком — не полностью скрывающим, что пуговицы на блузке оторваны. Я немного нервничал, когда мы вскрывали ее ошейник, тем более что времени на это ушло немало. Не только я нервничал, но именно я больше всех — как автор идеи. Потому что, если ошейник Лолы сейчас взорвется, волка вообще больше не будет, и мы проиграем всей командой. Но все получилось, пусть и не сразу — крепления обруча были под разные инструменты, пришлось разбираться и искать по полу среди всего раскиданного разнообразного.

Разобравшись наконец, разомкнули обруч ошейника и аккуратно сняли его без каких-либо последствий. Не сказавшая ни единого слова Лола передала взглядом роль волка Милагрос и отошла в сторону, пока мы с Анабель разбирались со вторым ошейником. Сестрице, кстати, происходящее не нравилось гораздо больше, чем Милагрос и Лоле, но она держалась. Да и приходилось уже торопиться — до конца игры оставалось всего три минуты, и ошейник с Анабель снимали в спешке. Передала она мне роль волка и отвернулась, когда таймер отсчитывал последнюю минуту.

Все трое остались стоять неподалеку, отойти подальше я их не просил. Это был риск, но риск сознательный — все же моей реакции хватит, чтобы уклониться от физической попытки заставить меня на кого-то из них посмотреть, а на трюк с грудью я больше не куплюсь. Именно сейчас, по крайней мере, когда готов к подобному.

Хотя, если Лола снова попробует, я совсем не уверен, что… так, стоп.

— Поздравляем! Победитель сегодняшней игры — Деймос Рамиро! — наконец время кончилось и прозвучал приятно игривый голос.

Рамки на портретах под куполом пропали, одновременно счетчик очков изменился — теперь у меня их было пятьдесят, у Анабель сорок, у Лолы и Милагрос по тридцать. Параллельно информация в ожившей дополненной реальности сообщила, что у нас есть полчаса времени чтобы привести себя в порядок, после чего нас ждут в Комнате брифингов.

Едва собрались покинуть смотровую площадку, как столкнулись с сюрпризом внутренней планировки: сюда мы пришли по четырем параллельным коридорам и вышли из четырех дверей, но пока шла игра в прятки три двери исчезли, оставив только одну, в центре. И пройдя внутрь стало понятно, что у наших коридоров исчезли перегородки, так что теперь это было просторным помещением, напоминающем казарму эскадрона в инкубаторе — большой зал с возможностью модульного изменения. На противоположной стороне видны двери наших четырех кают, на каждой эмблема эскадрона, в центре пустого пространства расположился большой круглый стол для совещаний, справа у стены приткнулся медицинский модуль.