Прерывая сдержанную суету — выраженную лишь чуть более громкими вздохами, мимикой и движением глаз, дон Диего в рабочем режиме запустил обсуждение текущих вопросов. Начал он с Тринадцатого отряда нашей ступени, последнего в списке по статистическим показателям.

Мне почти сразу стало скучно — в подобных совещаниях я принимал участие неоднократно, наблюдая как мама общается с подчиненными, ничего нового не слышал. Сейчас каждый мастер отряда по очереди докладывал о достижениях за минувшую неделю, обещая провести работу над ошибками, усилить, преумножить, принять меры к недопущению и прочая, после чего дон Диего давал свои комментарии или рекомендации, два раза изъявляя недовольство и один раз даже пригрозив выговором. Отчего молодая — лет сорок всего, мастер Шестого отряда едва в обморок тут же не хлопнулась.

После того как все мастера доложились, выслушав похвалы и не только — Китано, кстати, довольно бодро рассказал о прошедшей неделе, дон Диего с ними попрощался. Зашелестели мантии Ордена Истока, и через минуту за столом остались только четверо менторов. Вновь началась рабочая рутина, но уже посвященная стратагемам и вчерашнему соревновательному дню, где поверившие в себя василиски, кстати, снова всех победили.

В этот раз обсуждение началось с доклада Лолы — явно тяготившейся ролью аутсайдера. Да, если появляется привычка выигрывать, сложно опускаться вниз в турнирной таблице. Это по недавнему лидеру было очень хорошо заметно, когда свою часть доклада она зачитывала по памяти едва ли не сквозь зубы и ни на кого не глядя.

Довольно неожиданно, но в узком кругу менторов формализм дона Диего оказался мгновенно забыт, и сейчас досконально разбирались методы каждой из троицы, налаженные внутри отрядов социальные связи, дружба и вражда инфантов — каждый отряд рассматривался как общество в миниатюре. Меня, как нового в системе человека, командор-маршал ни о чем пока не спросил, но отдельно намекнул, что это только сегодня — через неделю придется держать отчет наравне со всеми.

После того как общее собрание закончилось, дон Диего попрощался с девушками, меня же попросил остаться. Анабель выходила последней, старательно не глядя на меня и заметно волнуясь. Опасается, что мне будут заданы неудобные вопросы. Правильно опасается — сейчас, возможно, будет первый раз проверки на прочность нашей легенды. О причастности дона Диего к заговору Корнелии я сестрицу спрашивал, но об этом Анабель ничего не знала — если командор-маршал и участвует, то Корнелия держала это все втайне.

Когда мы остались с доном Диего под куполом его кабинета вдвоем, он поднялся и отошел к прозрачной стене, вглядываясь в водный пейзаж за окном, где сейчас проплывала плотная масса планктона.

— Деймос, были ли у вас с Анабель какие-то нештатные ситуации во время вояжа в Колизей?

— Нет, командор-маршал, — ответил я чистую правду, ведь у меня лично все прошло по плану и даже лучше.

— Хм. А что насчет консервации принадлежащему клану Сангуэса корвета «Эхо», который вы положили на дно в непосредственной близости от моего инкубатора?

— Корвет «Эхо» лег на дно вне границы двенадцатимильной зоны вокруг вашего инкубатора, командор-маршал, мы никаких законов и правил не нарушили.

Дон Диего молча смотрел на меня, явно думая какую стратегию разговора выбрать. Я тоже об этом думал, еще точно не решив как себя вести и все еще гадая участвует ли он в плане Корнелии или нет.

— Деймос, в связи с этим вашим поступком у меня возникает естественный вопрос. Зачем вы с Анабель это сделали?

— Дон Диего, это стало довольно неожиданным для меня следствием развития ситуации с заменой модифицированной оболочки и произошло по совершенно нетривиальным причинам. При всем уважении, я не уверен, что могу рассказать все детали — хотел бы сделать это в присутствии лорда-протектора Рамиро, потому что боюсь озвучивать данную информацию без него.

— Деймос, тебе бы в Сенате выступать, там люди целыми днями так слова пережевывают безо всякого смысла, — покачал головой дон Диего. — Лорд-протектор Рамиро на Земле, и вряд ли появится на Арагоне в ближайшие полгода…

Полгода не будет Рамиро? Серьезно — похоже события здесь принимают крутой оборот.

— … поэтому мне хотелось бы знать, почему могущий уничтожить мой инкубатор корвет вы положили на дно в непосредственной близости, еще и повернув в нашу сторону свои пусковые, так что можно отстреляться прямой наводкой даже без разгона реактора и включения лидара, изобразив подводную батарею!

Вот об этом мы с Анабель совершенно не подумали. Насчет повернутых в сторону инкубатора пусковых даже мысли не было — случайно получилось, о чем я и попытался дона Диего заверить, но он меня перебил.

— События на Арагоне, Деймос, принимают довольно крутой оборот, — словно угадав мои недавние мысли, произнес командор-маршал и вернувшись ко столу, звучно похлопал ладонью по столешнице. — Здесь, Деймос, ты защищен экстерриториальностью инкубатора и гарантиями Ордена Истока, а также моей личной репутацией. Даже если ты отвернешь пусковые шахты от инкубатора, зачем тебе боевой корабль, реактор которого может быть форсировано разогрет за то время, которое требуется вам с Анабель, чтобы добраться до него на ее гоночном болиде?

Угу, мы на «Сабине» реактор больше семи часов разгоняли — как он оптимистично на наши способности смотрит. И что характерно спросил «зачем мне», а не «зачем нам с Анабель». Тоже думает, что она тупенькая, или же в курсе предполагаемой замены и предполагает, что Давид таким образом ему угрожает? Я бы его сейчас об этом спросил прямым текстом, если бы лорд Рамиро был на Арагоне — ну а пока крыши нет, просто не рискну так делать. Мало ли какие последствия настанут при неудачном варианте ответа.