Неприятные ощущения усилились, но Великий Маг давным-давно научился их игнорировать. Цвет Источника изменился. Раньше он стремился к лазурному, а теперь стал больше уходить в синеву. Рего выровнял дыхание в такт пульсации света, но ничего не произошло. Источник не желал реагировать на присутствие хозяина всплеском силы, от которого порой с кончиков пальцев Рего стекали потоки голубого ослепительного света. Великий Маг занёс ладонь над Источником. Ничего не произошло. И тогда он сделал то, от чего его предостерегал отец, предостерегали все тайные летописи Дома, предостерегал здравый смысл — он опустил ладонь в чашу…

Очнулся Рего у стены хранилища. Голова кружилась, затылок ныл, а правую руку раздирала острая пульсирующая боль. Он с трудом поднял её. Кожу с ладони словно срезало, да и часть мышц отсутствовала тоже. Но крови не было, только боль. Волна яростного негодования поднялась в нём, позволив вскочить на ноги и сделать шаг к Источнику, чтобы… Лужица живого синего огня испустила сноп искр, с шипением разлетевшихся во все стороны. Одна крохотная искорка попала на рукав его камзола, мгновенно прожгла его насквозь и огненной иглой прошила вторую руку. Рего отшатнулся.

— Чего ты хочешь? — воскликнул Маг, но ответа, разумеется, не последовало.

Источник никогда не общался с хозяином.

***

Встреча состоялась через восемь дней. Среди огромных, хаотично разбросанных по заболоченной Северной равнине валунов, под тоскливым серым небом непогожего дня.

Минот увидел большую палатку среди рыжих камней издалека, чужое охранное слово ему не мешало. Три громадных сизых птицы приземлились у самого полога, хрипло вскрикивая. Их тут же увели безликие услужники. Полог палатки откинулся, и на пороге возник Рего Фресс, худощавый, подтянутый. Острый подбородок был горделиво поднят над глухим воротом дорогого камзола, тёмные глаза смотрели холодно. Минот, на полголовы выше и вдвое шире встречающего, тяжело ступая, направился прямо к нему. Настороженный прищур его ярко-голубых, не тронутых временем глаз не уступал в холоде и высокомерии Рего. Противники оглядывали друг друга ровно миг — пока взгляд каждого не уперся в повязки на руках. И на лица властителей Ариса, такие несхожие, вползли совершенно одинаковые, кривые, понимающие ухмылки.

Валис — сутуловатый брюнет, худощавый и надменный, подозрительно рассматривал входящих в палатку гостей. Минот Крейс не вызвал в нём ощущения серьёзной опасности, как и его старший сын, добродушного вида увалень. А вот младший — нервно озирающийся, презрительно кривящий яркие губы на бледном, тонком лице — Валису категорически не понравился, и он больше не спускал с парня глаз.

Аарис держалась в тени и неохотно показалась только для взаимного представления, сохраняя на лице привычную маску ледяного равнодушия. Однако от неё не укрылось, какой неожиданно тёплой и искренней оказалась улыбка светловолосого гиганта — старшего из наследников Дома Крейс.

А Ликос совсем не случайно улыбнулся так широко, что свело скулы — от высокой некрасивой девушки веяло спокойствием и чистой радостью, старательно загнанной в самый дальний уголок души.

Нгард изящно, но с преувеличенным достоинством, почти высокомерно, поклонился всем представленным, но и только. Он нервничал, и сдерживать себя ему стоило больших усилий.

Все шестеро расположились за круглым столом с едой и напитками. Просторную палатку освещал парящий над столом шар с гори-огнём внутри.

Впервые за два столетия, если верить истории, Великие Маги Ариса собрались за одним столом, и никто не знал, с чего начать разговор.

Время тянулось за чередой осторожных, оценивающих вопросов и ответов. Молодые маги заскучали. Даже Аарис, всегда чрезвычайно внимательная, больше следила из-под приопущенных ресниц за Ликосом, чем прислушивалась к беседе Великих Магов. Молодой Крейс проявлял нетерпение более явно, чем его старший брат. Он нервно постукивал ногой, перебрасывая в пальцах хитрые узлы Осс. Валис, наблюдая за парнишкой, вынужден был признать, что тот, хоть и несдержан, но не глуп. Узлы он складывал в сложные мантры так лихо, как не смог бы, пожалуй, и опытный наставник.

Старший из детей Фресс первым понял, что они четверо только мешают своим отцам и Повелителям, и тут же отметил чуть заметный кивок Рего.

Два властителя Ариса, оставшись в палатке одни, не подобрались, как полагается противникам, а расслабились. За время трапезы каждый из них имел время и возможность оценить другого и сделать удивительные выводы. Общего в них было куда больше, чем каждый мог представить. А теперь их объединила ещё и общая проблема. Все карты были открыты и выложены на стол. Или почти все.

Расставались почти тепло. Ликос тронул Аарис за рукав при прощании, и она неожиданно вспыхнула, чего никто, по счастью, не заметил.

Беглецы

— Куда-куда? — переспросил девушку Огги, когда они, удалившись от таверны на несколько шумных кварталов, присели передохнуть. С высокого парапета открывался чудесный вид на длинные ряды пристаней, лес покачивающихся вразнобой мачт и волнующуюся зелень моря, уходящую за горизонт.