Рикон приходил в себя от услышанного. Его подташнивало от голода, выпитой дряни и одной мысли о том, что всадник смог лишить жизни своего коня.

— Он повесился к утру. Прямо здесь. Я утром его и сняла… Чара не видела. — Пирит вернулась в комнату и застыла у распахнутой двери, сложив руки на вислой груди и опираясь спиной о косяк. — Он слово с меня взял накануне, что я позабочусь о ней, если что. Дала я ему слово-то. И сдержала. Пятнадцать лет в глаза её, зелёные — его глаза! — смотрела… Уходи теперь, Страж. Уходи…

Рикон отцепил от пояса кошель и тихо положил на стол. Помочь этой несчастной он не мог. Никто не мог.

За забором маячила высокая фигура.

— Чара как? — озабоченно поинтересовался Тинка. — Нашла коня своего?

— Нашла, — устало кивнул Рикон и поразился тёплой искренности беззубой улыбки, осветившей простоватое лицо парня.

Лунгта узнал у Снежного Вихря, кем был Рэнд-Страж. Узнал и то, что искали его долго, а в ночь перед гибелью и нашли. Он просил Вихря сделать всё самому и сделал… Вот только не знали Стражи про дочь. И про жену из Ариса Старейший услышал от своего сына впервые.

Когда Рикон вернулся в Небесные скалы, его уже ждали. Лунгта, его отец с Деллин-Стражем и майстер Гросс.

Выслушав всю историю Рикона, Гросс только глаза прикрыл.

— Шеллас Крейс! Вот и не верь в ваших богинь! Наследница Великого Мага — мать Чары… И отец — Страж. Кто такое мог вообразить? — Маг выглядел, да и был, потрясённым. — Ну, теперь хотя бы стало ясно, отчего она связана с Крылатым. Только, — он помедлил, — мы, похоже, чуть не совершили огромную ошибку… Я в случайности такого масштаба не верю. Девочка родилась здесь. А значит, нужна — именно здесь. Я ошибся, как и все мы. Возможно, она вовсе не ТанеРаас? А первый маг Лунного мира? Страж? Тогда ей не просто нечего делать в Арисе — ей грозит смертельная опасность. Её заполучит один из Великих, обязательно, и равновесие будет нарушено…

— Рикон-Страж, — перебил взволнованного мага хриплый голос слепого Старейшины, — ты пойдешь за ней в Другой мир?

— Куда угодно, — мрачно отозвался Рикон, кипя от досады на стариков.

— Майстер Гросс поведёт тебя. Найдите девочку и верните домой.

Рикон старался не отставать от майстера, но тот размеренно и широко вымахивал своими длинными ногами. Вроде и не быстро, однако Рикону приходилось ускоряться каждые двадцать шагов, чтобы не потерять мага из виду. Перспектива остаться одному в незнакомом мире, без знания языка и обычаев, ему не нравилась. Но не больше, чем понимание того, что в таком случае он никогда не найдёт Чару. Они миновали Переход у Водопадов рано утром и сейчас пробирались через густой подлесок. Окружающий мир выглядел совершенно так же, как тот, который прятался за стеной ревущей воды. Разве что деревья казались несколько более яркими. Как майстер ориентировался среди этого буйства зелени, Рикон не понимал, но, опираясь на свои ощущения, мог бы поклясться, что они держат постоянное направление.

Постепенно под ногами стало почти сухо, а непроходимые заросли поредели. Рикон пристроился рядом с Гроссом, намереваясь продолжить начатый ещё в родном мире разговор:

— Майстер, вы не рассказали, как получилось, что вы… обучаете Стражей?

— Я не обучаю Стражей, молодой человек. Но, да, я помогаю Стражам. Иногда. Кое в чём.

— Как же это получается? Ведь нас учили…

— Ты перешёл от теории, — перебил его маг, бросив единственный быстрый взгляд на своего спутника, — к практике. Которая не всегда совпадает с теориями. Останешься в живых — получишь бесценный опыт.

Рикона неприятно поразила серьёзность в голосе Гросса. Он в который раз мысленно обругал Снежного Вихря. Отправить Чару, совершенно одну, в чужой мир! Рикон нервно огляделся: лес жил своей жизнью, в просветах между верхушками деревьев голубело небо. Невидимая живность издавала незнакомые звуки. Ничего тревожного в этом не было.

— Ты бывал в Горелых Землях? — обратился к нему спутник.

— Да, — помрачнел Рикон.

— Тогда ты в курсе, что может сотворить магия. А Чара — Великий Маг. Не сознающая своей силы, не обладающая достаточными знаниями. Рано или поздно её обнаружат и используют. Или один Дом, или другой. В обоих случаях это не принесет Арису ничего хорошего! Но может коснуться и твоего мира тоже. Стражи допустили большую ошибку, позволив ей попасть в Арис. Мы все совершили свои ошибки и вот куда это нас привело…

Длинная, худая, затянутая в чёрную перчатку рука мага внезапно вскинулась ладонью вверх, прерывая разговор. Рикон застыл на месте, повинуясь команде понятного всем жеста. Майстер Гросс прислушивался к чему-то, чего Рикон услышать не мог, сколько ни напрягался. В молчании и неподвижности прошли несколько минут, потом маг расслабился и Рикон позволил себе долгий вздох.

— Что это было? — тихо спросил он.

— Люди, — пожал плечами Гросс. — Нам здесь встречи ни к чему. В город мы должны попасть с другой стороны… И не забудь, ты — глухонемой. Держи рот закрытым. Можешь разве что помычать, для разнообразия. Пока мы не доберемся до одной моей приятельницы, ты всё-равно не поймешь ни слова.

— А как же Чара? — вдруг озаботился новой проблемой Рикон.

— Чара знает язык, — коротко ответил майстер Гросс.

Город показался Рикону неопрятным, даже грязным. Время шло к сумеркам, и он подумал, что в свете утра всё будет выглядеть ещё хуже. Правда, они плутали в переулках окраины, среди домиков с непривычными односкатными крышами и странными, округлыми навершиями дверей и окон. Покосившиеся, облепленные мхом стены и кривые щелястые заборы свидетельствовали о том, что жители городка вовсе не богаты. Но улица, не согласуясь с явной бедностью лачуг, была вымощена камнем. Да, неровно, но тем не менее… До Рикона не вдруг дошло, что это просто дань необходимости: в таком сыром месте здесь стояла бы непролазная грязь. Наконец, они свернули в короткий тупичок и маг негромко постучал в крепкую дверь невысокой бревенчатой постройки, по самые окна заросшей пушистым мхом.