Завтракали мы первыми. Кок узнал меня и насыпал каши сверх порции. Кофе из больших кофейников был ненормированным, в отличие от булочек. Каша похожа на рисовую, сваренную на молоке. Вдобавок я в ней выловил самый настоящий изюм. Но уже знал, что фрукты и сласти привозят откуда-то с моря, куда через много сотен верст втекает Устюга. Люди везде, где можно — тут же организуют обмен и торговые связи. Потому что это выгодно. Зачем производить все у себя? Так что и мир Беловодья постепенно включился в глобализацию. И такое положение дел меня радовало, в отличие от вечернего разговора. Он затянулся, и потому я не выспался и сейчас постоянно протирал глаза.

Рулевого в рубке не оказалось, мы стояли на рейде, и рубке обычно находился лишь вахтенный дозорный. Перед ужином я успел немного пострелять по плывущим мишеням. Не сказать чтобы отличный стрелок, но на четвёрку с минусом натянул. Федор дал несколько дельных советов, но по всему видно, был удовлетворен. Не буду для них обузой. На разговоре он по какой-то причине отсутствовал. Данислав молча протянул мне кружку с ёлем и указал на переносную лавочку. Вскоре наверху показались Велизар и Ерофей. Разговор начал последний.

— Станислав, извини, что так вышло. Но так или иначе, твой путь пересекся с нашим.

— Я об этом не просил, но уже принял.

— Это замечательно! — Ерофей пригубил ель и поморщился. — Почему вино здесь так дорого?

Данислав осклабился:

— Вернемся домой и сходим в устье за бочонком только для тебя. На зиму хватит.

Сутулый Велизар-Венемианин ворчливо заметил:

— Для этого надо сначала вернуться, товарищи.

Кормчий скуксился:

— Не каркай! И не в такие места ходили, Ероха.

Глава экспедиции прокашлялся и уставился на меня:

— Тогда нам бы хотелось узнать твой талант, путник?

Я захлопал глазами:

— Чего?

— У каждого из нас есть какой-либо талант или поприще, на котором он лучше других.

— У нас — путников? — решил конкретизировать я. — Вы тоже не из этого мира?

— Ты чертовски догадлив, — рассмеялся Велизар и тут же закашлялся. — Вергоева лихоманка! Из местных тут только Данислав.

— Это многое объясняет, — я крепко задумался, затем хлопнул себя по лбу. — Точно! У меня получается понимать разные языки, и даже не из настоящего мира.

Инженеры переглянулись. Кормчий залыбился:

— То-то я смотрю, ты все схватываешь на лету и не переспрашиваешь. Команда у меня из разных мест и общается на «тымояпонимай», это такой беловодский суржик, что используют на Великой реке. Повар Мирояр и вовсе из вихорцев, у них самый незнамый язык. Наши мудрецы считают, что они из старинных степняков, что остались жить на юге Руси и основали собственное государство. А ты с ним говорил так, как будто понимаешь. Тебя только говор и неправильные ударения выдают.

О как! Пришел мой черед удивляться. Глаза Ерофея заблестели:

— Ты и нас поначалу инженерами зачем-то назвал и здорово напугал. Сейчас понятно почему.

— Чего понятно? — мне показалось, что приятели переглянулись. Слово взял Венемианин:

— Инженерами в Беловодье кличут предшественников. Это высокоразвитая цивилизация, что попала в это мир первой. И точно не по своей воле.

Я тут же ухватился за возможность узнать больше:

— Насколько развитая?

— Цивилизация полупроводников и транзисторов. Ты ведь эти слова понимаешь?

— Вычислительные машины?

— Ты прав! У вас был такой же уровень развития?

Я задумался, стоит ли говорить больше чем нужно?

— Примерно. Инженерами у нас называли техников высокого уровня, могущих создать нечто новое.

Ерофей усмехнулся:

— Тогда я и Вениамин подходим под твое определение.

Я догадался:

— Это ведь вы этот крейсер построили?

— Возьми с полки пирожок, догадливый ты наш!

Мы глянули друг на друга и рассмеялись. Сразу стало легче. Я намного ближе этим ребятам, чем к местным обитателям, попавшим из миров, где правят северные русы и потомки варягов.

— Поэтому вы меня спасли?

— В том числе. Одинокие путники просто так сюда не приходят. У них собственное предназначение.

Я указал на помалкивающего Данислава:

— А они?

— Большая часть аборигенов попала сюда от одного до трех поколений назад. Сразу с городами, селами и заводами.И не всегда их перенесение заканчивалось хорошо. В пустынях и горах время от времени находят вымершие поселения. Некоторые до крайности странные.

Данислав тихо добавил: