Шрифт:
– Уже был аванс. Твой язык слишком глубоко побывал у меня во рту. Я считаю, этого достаточно.
– Я могу его ещё кое-куда пристроить. Так, как тебе нравится. Ну?
– предлагаю, посмотрев на Вику в упор.
Вижу, она колеблется.…
Соглашайся, ну же!
Глава 29
Виктория
Предложения Евгения пьяно ударяет в голову. Или во всем виновато шампанское? Не стоило пить и одного бокала?
Но как же глупо списать безумное притяжение между нами на банальную выпивку!
А потом, что, я не хозяйка своему телу и во всем были виноваты пузырьки шампанского?
Мысль соблазнительная в своей ясности: уверена, так делают многие, списывают все на выпивку, когда хочется оторваться по полной программе.
Женя делает шаг вперед, коснувшись моей руки, заглядывает в глаза:
– Ты не пожалеешь. Я так тебя отлюблю…
– Не растерял навыки?
– спрашиваю охрипшим голосом.
– Натренировал свой язык на другой, а теперь принес его мне?
Бывший муж застывает, стиснув челюсти.
Во мне говорит ревность, ядовитая и злая ревность, которая никак не успокоится и не может найти себе выход.
– Я таким… только с тобой занимался, - сообщает отрывисто.
– Не стал бы я каждой такое устраивать. Это против моих принципов.
Почему-то я ему сейчас верю, объясняться вообще не в его природе, но он это делает ради меня, а я…
– Спасибо за вечер, было приятно вспомнить и почувствовать себя в такой атмосфере красоты и роскоши, но на этом - все.
– Поехали вместе?
– Я поеду одна, и в свою квартиру я тоже поднимусь.… одна.
– Вик.
– Женя, не начинай. Одним сексом разбитую вазу не склеишь, ты не находишь?
– Твою мать. Скажи, чем… Чем я могу эту гребаную вазу склеить?
– Явно не спешкой. И не порть впечатление от вечера, пожалуйста. Я натанцевалась на месяц вперед, наслушалась комплиментов, ощутила себя… живой.
Вижу, как Евгения корежит, ведь он сильно ревнует, к гадалке не ходи, он был готов избить болтливого старика!
Внимательно наблюдаю за его реакцией на мои слова: сорвется или нет?
Господи, я сама не знаю, чего мне больше хочется: чтобы он сдержался и доказал серьёзность своих намерений?
Или, чтобы сорвался и утащил меня следом за собой в этом неистовстве?
– Как скажешь, так и сделаю. Поехали, - предлагает свою руку и на этот раз я не отказываю ему.
*****
Мы попрощались с Неяровым, он лишь понимающе скользнул по нам оценивающим взглядом и кивнул. Вместе с Женей отправились на парковку, почти не разговаривая, обмениваясь лишь предложениями по делу.
Доехали до дома в полном молчании.
Евгений остановил машину, можно было покинуть салон, но я почему-то медлила и даже как будто была рада, что Женя задерживает меня вопросом:
– Я, что, правда, дерьмово танцую?
– Ага. Ужасно!
– объясняюсь с удовольствием.
– Подучи, - предлагает сразу же.
– Не выйдет. Врожденное чувство ритма либо есть, либо его нет. У тебя его нет. Извини, но танцевать с тобой - это подвиг!
– Твою мать. Во мне, вообще, есть что-то, что тебе нравится? Или нет?!
– кажется, он психует.
– Честно говоря, я даже не знаю… За что я тебя полюбила. Не могу ответить. Думаю, никто не смог бы ответить, почему ты любишь именно этого человека, а не другого, с набором примерно таких же качеств или даже лучше… Чувства идут вразрез с логикой, умом и когда трезвый рассудок предупреждает держаться подальше, сердце, наоборот, может требовать иного.
– И чего же требует твое сердце?
– совсем тихо спрашивает Женя.
Я смотрю ему в глаза:
– Ты знаешь. Но так же знаешь, что обидел меня слишком сильно, и какими бы горячими не были твои объятия и поцелуи, я не могу отдаться этим чувствам целиком, чтобы потом не сожалеть.
– Отдайся. Сожалей. Я буду рядом, чтобы убедить тебя в обратном, - произносит он с сильной вибрацией в голосе.
– Черт побери, ты просто создан вести сложные переговоры!
– Это да?
– уточняет он.
– Да, но не сегодня.
В ответ Евгений виртуозно выматерился, а я рассмеялась от души.
Пожалуй, впервые за все то время, что мы снова держимся вместе, я рассмеялась от всей души и без горечи: так забавно было наблюдать почти детскую обиду на лице взрослого, сурового мужика, которого побаиваются многие.