Только в нас самих.

Кто-то смог бы дружить и не вспоминать моменты жаркой близости, кто-то смог бы дружить и не натыкаться на острые, ядовитые шипы обид.

Кто-то другой, тот, кто отпустил, забыл, любить перестал.

Тот, в ком не осталось другого тепла и внимания, чем то, которым можно наделить любого случайного человека, симпатичного хоть немного по духу.

Вот и весь секрет!

Я натыкаюсь на тайну, которую сама о себе не хочу знать: я до сих пор люблю бывшего мужа.

А он.…

Говорит, что любит, и какая-то часть меня в это верит.

Как он раскрывается рядом со мной, как смотрит, как говорит и держится.

Все во мне ноет от болезненного и сладкого узнавания, ведь не только Евгению не хватало эмоций, но и мне - тоже.

Но только как быть с тем, что между нами - просто тлеющие руины, куда ни ткнись.

Наверное, мне просто нужно уехать и отдохнуть.

Да, было бы неплохо.

Деньги теперь у меня есть, смеюсь.

Звонок.

Евгений, разумеется.

О, будто чувствует, что я думаю о нем.

Сердце толкается куда-то в горло и бьется там, словно умалишенное, даже ладошки вспотели.

Не волнуюсь же я, как девчонка перед первым свиданием?

Но именно это и происходит.

Я волнуюсь: в голове звучат все его признания, душу бередят взгляды, обещания, поступки, ч-ч-чёрт! С этим сложнее, тут плюс на минус и выходит в ноль, а я не знаю, что мне со всем этим делать.

Ещё же и сын проблемный, и дочь, которая печется только о самой себе…

И во всем этом виноваты мы, родители!

Облизнув пересохшие губы, всё-таки отвечаю.

– Что случилось?
– тревожно спрашивает Евгений.

– А?

– Ты долго не отвечала, бл.… - ругнулся.
– Я уже не знал, что и думать!

– Может быть, я была в душе или в туалете? Ты об этом не подумал? А ещё я могла банально не слышать! Или…

– Или куча других, гораздо более мирных вариантов, Вик, я в курсе. Но после недавних событий мне в глотку сразу цепляется страх и душит, сука, аж дышать невозможно. Ты точно в порядке, Вик?

Я некстати вспоминаю, что у него на груди так и красуется татуировка с моим именем.

– Почему ты татуировку не свел?
– невпопад спрашиваю я.
– Когда мы расстались! Сейчас не о причинах, а о последствиях. Ты ожесточился. Разве не логично было бы ее свести?

*****

Евгений

Есть только одна женщина на всем белом свете, которая может уложить меня на лопатки, не применив силы.

Только словом.

Или взглядом.

Это она.

Вика, моя Ласточка.

Как сейчас.

Всего лишь вопрос, простой, казалось бы, вопрос. Но он задевает такие глубины, каких я сам в себе не знал до этого момента.

Она всегда видела меня лучше и глубже, чем я казался сам себе или другим.

Может быть, поэтому я с ней? Другие бы меня не вывезли, а она…. всегда твердила, что я хороший.

Даже когда перед свиданием с ней я тщательно смывал с кулаков кровь и обливался парфюмом с головы до ног, чтобы не пахло разборками и потом.

Нес всего себя к ней и знал, что она видит во мне большее, чем просто Павлова Евгения.

– Я не знаю, Вик, - отвечаю честно.
– Это было бы логично, да. И, если быть честным, меня об этом даже ревниво спрашивали, кокетливо требовали перебить другой татуировкой, скрыть узором, но есть вещи, которые не касаются никого, кроме нас двоих. Так всегда было и так всегда будет. Вне зависимости от того, останемся ли мы вместе или разойдемся жить по отдельности. Это мое и твое, ты - мой выбор, и я не отказываюсь от всего, что у нас было. Поэтому татуировка будет со мной всегда. И потом… - усмехаюсь.
– Может быть, я тешу себя надеждой, что именно так ты ко мне ближе, даже если не хочешь этого.

– Ну, хватит, - говорит изменившимся голосом.
– Красиво говорить начал, давно ли?
– смеется тихо.
– Ты вообще не большой мастер переговоров.

– Да, я в курсе. И сейчас мне приходится из себя щипцами признания вытягивать. Но к чему это привело? Я ведь тогда ни объясниться, ни извиниться толком не смог, и все из-за своего дебильного характера. А потом… Стану, как мой папаша. Мерзкая старая сволочь. Нет, не хочу…

– Ясно. В общем, у меня все хорошо. И я честно не знала, стоит ли отвечать на твой звонок.