– Выходи по-хорошему, сучка! По-плохому будет хуже! – кричал хриплый мужской голос.

– Твою мать, хватит прятаться! Выходи! – вторил другой мужской голос.

– Мы все равно тебя найдем!

Преследователи перестали ломать двери наверху, наверное, закончились комнаты, и собрались в холле. Они принялись обсуждать дальнейшие шаги.

– Она здесь, – уверенно произнес хриплый голос. – Я чувствую ее запах.

Это вызвало нервный смех его товарищей. Мориц тронула Полину за плечо. Они и так рассчитывали заманить всех в холл. Это было ловушкой. Полина щелкнула включателем. Шесть ярких вспышек, расставленных с определенным умыслом, сверкнули одновременно. Раздались крики. Полина активировала ускоренный метаболизм и выскочила из убежища с шокером наперевес. Четверо мужчин подслеповато кружились на месте. Электроды впились в ближнего охотника, прикрывающего лицо руками. Он вскрикнул и стал заваливаться. Полина, не дожидаясь результата, выстрелила во второго, шарящего сослепу руками перед собой. Электроды впились ему в правое плечо. Мужчину дернуло разрядом и развернуло. Он споткнулся и полетел лицом вниз. К этому времени из убежища выбежали Алекса и Генри. Им достались по одной цели.

Весь процесс от вспышек света до поражения электрошокерами занял несколько секунд. Преследователи, сами превратившиеся в жертв, лежали на полу. У двоих из разбитых носов текла кровь. Их насчитывалось четверо, но Полина была уверена, что людей должно быть больше. Не останавливая ускоренный метаболизм, она пробежалась по холлу.

«Ш-ш-ш-шту-ум-м-м» – рядом с ее головой в стену вошел нож. Полина успела увидеть тень, мелькнувшую по лестнице на второй этаж.

– Он на втором этаже! – крикнула Полина, чтобы предупредить своих товарищей. – Вяжите этих, а я попробую его достать.

Полина выдернула из стены нож, взвесила его в руке, чтобы получить представление о его баллистических характеристиках. Теперь нож и в ее руке был метательным оружием. Вместо того чтобы броситься по лестнице в погоню, где ее могла поджидать засада, Полина выскочила на улицу и забралась на навес над крыльцом. Заглянула в окно. В комнате было пусто. Полина выбила стекло ногой. Осторожничать было бесполезно. Человек со способностями как у нее мог услышать топот муравья за десять метров. Победителем должен был выйти тот, кто хитрее, искуснее пользуется своими развитыми способностями и терпеливее. По сравнению с новичками Полина с ее опытом была ветераном.

Она сама обратилась в слух. Ее товарищи шумели громче всех в доме. Противник оказался не глупым. Он понял, что в комнату на второй этаж забралась, скорее всего, Полина и что шансов у него в одиночку справиться с девушкой совсем немного. Он побежал к лестнице. Полина услышала его шаги. Этого было достаточно, чтобы знать его точное нахождение. Человек мчался по коридору мимо ее комнаты. Судя по скорости, он находился в состоянии ускоренного метаболизма, времени добежать до двери и перехватить не оставалось. Полина подняла нож и метнула его, ориентируясь на звук. Тяжелое лезвие пробило тонкую дверь. За ней раздался звук падения и крик.

Полина выбежала в коридор. На полу лежал молодой парень, от силы лет восемнадцати. Из ноги чуть выше колена торчала рукоятка ножа. Лезвие вошло полностью. Кровавое пятно растекалось по штанине. Лицо юноши тоже было в крови, хлеставшей из носа. Он кричал, то хватаясь за рукоятку ножа, то размазывая руками кровь по лицу. Полина не стала выдергивать нож. Выстрелила в беднягу шокером, чтобы он затих, и спустилась в холл.

– Что у тебя? – спросила Мориц.

– Поймала, но пришлось остановить его же оружием.

– Ты его прирезала? – Генри вытаращился на Полину.

Двое мужчин, успевших прийти в себя, вздрогнули от слова «прирезала».

– Нет, попала в ногу. Артерия не задета, как медик могу сказать.

– Хорошо, сейчас вызову полицию и скорую, а потом перевяжу его.

Чтобы ни у кого не возникало вопросов о том, что делают пятеро окровавленных мужчин в доме, и кто здесь преступник, капитан Мориц идентифицировалась перед полицейскими и описала ситуацию. Полицейские выслушали ее, но настояли, чтобы все проехали вместе с ними в участок. Во время составления протокола, когда первого из задержанных проверили на ДНК, случилось то, чего не смогли предусмотреть ни капитан Мориц, ни Полина. Все задержанные разом скончались. Они умерли как по приказу: закатили глаза, задергали конечностями и отдали богу душу. Филиппос подстраховался.

Смерть задержанных в полицейском участке наконец-то всколыхнула правоохранительное болото. Все забегали, зашевелились, стали разбираться, восстанавливать хронологию. Полину и Генри много раз вызывали на допрос в качестве свидетелей, и каждый раз это были разные полицейские. Можно было подумать, что роковое событие поменяло работу полиции с минуса на плюс. До этого они совсем ничего не делали, а после развили небывалую активность, больше похожую на праздник в дурдоме.

Капитан Мориц тоже попала под допросы. Начальству были не совсем понятны ее мотивы заняться работой в отпуске. К тому же оно не верило в то, что преступники, посланные неким Филиппосом с безызвестного острова, являются запрограммированными сверхлюдьми. Оно вообще не рассматривало эту гипотезу. Их неверие автоматически ставило под подозрение саму Мориц и защищаемых ею свидетелей. Капитан поняла, что над ней начали сгущаться тучи, а свидетельств угрожающей людям опасности она так и не раздобыла. Времени оставалось мало, и нужно было что-то решать.

Полина и Генри имели возможность бродить только по одному крылу Интерпола, где не имелось следящей аппаратуры. В основном здесь были пустые комнаты. Эта часть использовалась активно, только когда проводились международные семинары. Тогда народ со всего мира съезжался и занимал свободные помещения. Аналитическая программа подсказывала Полине, что у капитана Мориц не все складывается гладко. В последние дни она появлялась всего два раза, выглядела хмурой и озабоченной. Все шло наперекосяк, это было ясно и без слов. Активность полиции не вылилась во что-то конструктивное. Активность ради активности, все для того же самоуспокоения.