– Это так. Сильная женщина либо одинока, либо она мужик. Ведь тогда в супермаркете, когда свет отключили, я подумала, что ты привираешь про свои способности. Сейчас чего только не придумают, могли и линзы какие-нибудь сделать, чтобы в темноте видеть.

– Как оказалось, нужды во многих изобретениях нет, потому что наш мозг способен на многое, только дай ему правильную программу. Из-за этих способностей за мной и охотятся.

– Не могу до сих пор в это поверить. Мои коллеги в школе спрашивают про тебя, а я им ничего не могу сказать вразумительного. Про способности вообще ни слова не говорила никому, ни им, ни полиции.

Подошла Мориц, утомившаяся от возни мужиков возле газонокосилки.

– Не помешаю?

– Присаживайтесь.

Мать с дочерью освободили место для капитана.

– Еще немного, и от вашего газона ничего не останется. Что не постригут – вытопчут.

– Пускай. Скоро снег ляжет, не видно будет.

– Полина вам уже рассказала, что она идет свидетелем, но это юридически, фактически она будет нам помогать. Для вашего общения выделят секретный шифрованный канал связи.

– Спасибо. Вы берегите дочку. Она у нас одна…

– Ма-а-ам! – перебила Полина.

– Разумеется, нам нужны ее консультационные услуги и показания. У нее даже не будет необходимости покидать убежище.

– Я всегда считала, что мы достигли золотой эпохи, когда преступления случаются так редко, что за всю жизнь может и не произойти рядом с тобой, а тут – бац – с дочерью.

– Несколько дней назад я тоже была уверена в этом, но оказалось, что ошибалась, а нам это намного непозволительнее, чем вам.

– Спасибо, что нашли для нас возможность повидаться с дочерью. Нам с отцом это было очень нужно.

– Все будет хорошо.

Женщины не сразу заметили, что шум газонокосилки перед домом прекратился. Мужчины сбежали. Мориц это встревожило. Профессиональная привычка заставила искать следы преступления. Кроме примятого газона, постриженного с большими пропусками, никаких других улик не было.

– Я знаю, где они, – догадалась мать. – Они на речке. Теперь отец поехал знакомить их с Варваркой, Игорьком и Валеркой. Хотя Игорька, кажется, журавль съел.

Она набрала мужа. В терминале появилось его довольное лицо и такие же довольные лица Генри и Ягло. Они сидели на берегу, перед ними стояла бутылка водки, посуда и кое-какая закуска.

– Юр, вы там не перестарайтесь. Коллектив у вас международный, как бы чего не вышло.

– Все нормально, не боись, мужикам нравится.

– Полина, все хорошо! – крикнул в камеру Генри.

В руках у него сидела лягушка. Он вытянул губы и осторожно чмокнул лягушку. Мужики заржали.

– Это моя принцесса. Твой папа назвал ее Гюльчатай. Я без ума от нее.

– Юр, если через час не придете, мы сами к вам придем.

– Тогда несите с собой посуду, у нас для вас не взято.

Мать отключила терминал.

– Извините, мужики, – попросила она прощения у Мориц.

– Ничего, я их прекрасно понимаю. Может, и мы пойдем по стопочке, у меня все утряслось в желудке? – предложила Мориц.

К ее предложению отнеслись с пониманием.

На следующее утро позвонили из компании, обслуживающей унитазы, с предложением поменять сенсор. Им показалось подозрительным, что он выдал с утра слишком одинаковые анализы у всех, кто им воспользовался. Матери пришлось их успокоить и объяснить, что никакой ошибки нет.

– Нам надо чаще ездить в гости по служебным делам, капитан. Я получаю массу положительных эмоций, – поделился с утра лейтенант Ягло, хотя по его лицу можно было предположить обратное. – Служба так изматывает нервную систему.

– Боюсь, что так вы быстро потеряете форму, лейтенант.

Ягло закатил глаза. Он не мог понять, почему даже в неформальной обстановке капитан старается разговаривать как начальник.

– Псс! – просвистел отец Полины, привлекая внимание Ягло.

Тот удивленно на него посмотрел.

– Полечиться хочешь?

– Как?

– У меня наливка вишневая есть. Сам настаивал. Во! – показал поднятый большой палец.

– Юр! – Мать Полины услышала, как мужики сговариваются. – Хватит тебе!

– Я же не ради себя. Человек болеет. Вишневка, она же безвредная, я бы даже сказал, полезная. Знаешь сколько там витамина цэ? Ого-го.

Мать посмотрела на Мориц, взглядом выражая свое негативное мнение. К удивлению, капитан оказалась гораздо лояльнее.

– Мы не торопимся, немного можно, я тоже не откажусь, если ваша вишневка такая полезная.