Мимо камеры проплыло окно, в котором, припечатавшись носом к стеклу, стоял подросток и наблюдал за движением лодки. Из-за того, что его лицо расплющилось, Полина не сразу поняла, что знает его. Когда мальчик отлип от стекла, и его лицо обрело узнаваемые формы, Полина чуть не потеряла дар речи. Это был Оливер, брат Генри. Полина засуетилась, уронила ручку и, пока искала ее под столом, окно ушло из поля зрения камеры лодки.

Станция молчала. Ее не было в Сети. Ни один прибор не откликнулся на попытки Полины заглянуть внутрь. Но и это было победой. Лодка не молчала, и Полина сняла ее координаты. Вместе с листком, на котором были записаны долгота и широта станции, Полина побежала к Генри.

– Я нашла! – Она перекричала грохот выстрелов.

Генри поставил автомат на предохранитель и, не веря своим ушам, подбежал к Полине.

– Правда? Где они?

– Я видела Оливера! Вот здесь. – Полина показала координаты. – Думаю, что все там.

Генри отпросился у Евдокима и вместе с Полиной поспешил к Мориц. Алекса находилась в «ленинской комнате» вместе со Степаном и Русланом. По их хмурому виду Полина догадалась, что они обсуждали неприятные дела. Она подняла глаза на Полину и Генри и сразу обо всем догадалась.

– Нашли?

– Да, нашли. На станции. Она не подключена к Сети. Я случайно увидела с камеры на подводной лодке. Там был брат Генри, Оливер.

– Это точно? – засомневалась Алекса.

– Абсолютно.

– Так, значит, у нас есть еще одна тема для обсуждения, – произнес Степан.

– А что случилось? – спросил Генри.

– Томашу только хуже. – Руслан покачал головой. Он переживал за товарища.

– Мы считаем, что в программатор кто-то добавил вирусную программу, – пояснила Мориц.

– С какой целью?

– С целью выяснить, куда его увезут.

– Вы же проверили его на предмет шпионского оборудования? – удивился Генри.

– Он не нес на себе никакого оборудования, он программировал шпиона. Мы застали Томаша за попыткой передать наше местоположение в Сеть. Он сказал, что голоса в голове приказывают ему сделать это в обмен на противоядие. Состояние его ухудшается, и я уверена, что после удачной отправки сигнала ему пришлют какой-нибудь активатор быстрой смерти.

Генри посмотрел на Полину и вспомнил ее опасения насчет «троянского коня».

– Значит, Филиппос уверен, что против него обязательно создадутся очаги сопротивления, и он желает выяснить их местоположение, – осенило Генри.

– И поэтому нам с тобой до сих пор не было выставлено ультиматума от Филиппоса. Он хочет взять всех разом. Адрес есть, на который пытался передать сообщение Томаш?

– Есть, – кивнул головой Руслан.

– Так дайте им неверный, в Антарктиде где-нибудь.

– Мы решили, что ему не стоит знать о нашем существовании. Обман будет указывать на то, что им организованно противостоят. Чем дольше Филиппос будет пребывать в неведении, тем лучше мы сможем подготовиться, – высказала свое мнение Мориц.

– Значит, проект «Умники против» объявляется закрытым? – заключила Полина.

Без программатора они могли надеяться только на силы, данные им от природы. Неудача с программатором, а также то, как наивно они попались на уловку, расстроили Мориц и ее сподвижников. Только случайность не позволила им лишиться такого прекрасного места, как город в горе.

– Теперь давайте продумаем, как спасти родителей Полины и Генри, – переключилась Мориц на другую тему.

Мир вокруг незаметно менялся. На первый взгляд все оставалось таким же, как и прежде, все на своих местах, все работало, но изменения носились в воздухе. Жизнь наполнялась тревожной неопределенностью, ожиданием перемен, которых никто не хотел. А перемены понемногу входили в жизнь. Появились нормы потребления, варьирующиеся для каждого человека по непонятным пока причинам. Народ хотел задавать вопросы, но не знал, кому именно. Власть на местах указывала вверх. Люди наверху передавали вопросы еще выше, а там, уже на самой вершине, творилось неизвестно что. Оттуда ответы не приходили. Мир старался жить по инерции, так же, как и жил раньше, принимая все, что делала Сеть.

Полина и Генри шли по городу. Их шаги непривычно гулко отражались от стен, и хотелось ступать тише, будто они могли разбудить своими шагами неведомое зло. Над головой пролетела ворона и громко каркнула. Полина передернула плечами. Крик птицы показался ей настолько пронзительным, что вызвал легкий испуг. Раньше она непременно порадовалась бы этому звуку живой природы. Полина поняла, в чем суть изменений. Раньше, когда главной задачей Сети было устройство комфорта, люди принимали следящую функцию как необходимый элемент, выясняющий потребности. Теперь эта функция приобретала шпионящую роль, и, хотя никто еще ничего не понимал, опасения по этому поводу возникали. В итоге люди побаивались показываться перед камерами лишний раз. Улицы стали пустыннее. Полина и Генри ловили себя на мысли, что испытывают дискомфорт, идя под неусыпным оком Сети. Им казалось, что тысячи глаз камер наблюдают за ними, и их взгляды совсем не доброжелательны.