Лицо Мо стало мрачным.

— Вот этого я и боюсь.

— Он мальчишка, и очень неприятный, — продолжала Яна. — Ночью он суёт мне в рот язык, а в промежность свой член, и молчит, пока не извергнется в меня. Потом засыпает. Не думаю, что ему вообще есть дело до того, кто с ним в постели. Если бы не Пиа, я бы прыгнула в реку и утопилась. Вот, Мо, теперь ты знаешь.

Пиа была в ужасе. Всё было гораздо хуже, чем она думала.

Мо понурилась.

— Я боялась, что так и будет. Уверена, я едва ли смогу вынести близость с Дегом.

— Может, это будет не очень часто.

Мо покачала головой.

— Я должна бежать.

— Трун погонится за тобой.

— Я смогу от него уйти. Буду идти ночью, а днём спать в лесу. Великая Равнина слишком большая, он не сможет обыскать её всю.

— Есть кто-нибудь, кто мог бы тебе помочь? — деловито спросила Яна.

Мо кивнула.

— В прошлом году на Обряде Середины Лета я провела ночь со скотоводом по имени Яран. Я говорила с ним в этом году на Весеннем Обряде. Я ему нравлюсь.

— Больше никому не называй его имени.

— Верно. Я не умею хитрить. Привыкла говорить то, что думаю.

— Тогда не говори с людьми, — сказала Яна. — Ты доверилась нам, но больше не рассказывай никому.

— Я уйду сегодня ночью. Пойду через лес. — Она задумалась. — Вот бы оставить ложный след, чтобы он искал меня не там.

— У меня есть идея, — сказала Пиа.

— Говори.

— Лодка.

У общины земледельцев была одна лодка, плетёная, обтянутая промасленными и плотно подогнанными шкурами. Она хранилась на берегу реки, у хижины Труна. Хоть это и была общая собственность, на её использование нужно было спрашивать разрешения у Труна.

— Я могла бы взять её, пока все спят, — продолжала Пиа, — спуститься по течению, где-нибудь оставить и вернуться до рассвета. Когда они поймут, что лодка пропала, и ты тоже, они решат, что ты уплыла.

— И Трун начнёт искать меня там, где ты оставишь лодку.

— Точно.

— Умница! Я вернусь сюда, когда все уснут, чтобы дать тебе знать, что я в пути. И тогда доверюсь тебе. — Она поцеловала Пию. — Спасибо.

— Я буду тебя ждать, — сказала Пиа.

*

На самом деле она уснула. Когда Мо разбудила её, встряхнув за плечо, Пиа подумала, что уже утро. Поначалу её охватила внезапная паника. Она проспала всю ночь и подвела подругу. Но затем всё прояснилось.

Стам спал и храпел. Яна не спала, но молчала.

Пиа тихо встала и вышла с Мо на улицу. Луна разгоняла темноту. Когда они отошли от хижины на достаточное расстояние, Пиа сказала:

— Прости. Я уснула.

— Ничего страшного, — ответила Мо. — Ты проснулась. Ты всё ещё хочешь помочь мне и оставить для меня ложный след?

Пиа не слишком много думала, когда предложила помочь Мо. Теперь, когда план вот-вот должен был осуществиться, она почувствовала, что поступила опрометчиво. Что, если кто-нибудь не спит и увидит, как она берёт лодку? Как она объяснит свои действия? Она пыталась придумать, как сказать Мо, что передумала. Она остановилась и повернулась к ней.

— Спасибо тебе огромное за это, — сказала Мо. В её глазах при свете луны блеснули слёзы. — Я никогда этого не забуду. — Она крепко обняла Пию.

Пиа с ужасом поняла, что отступать уже нельзя.

Они расстались. Мо направилась вверх по склону поля к лесу, а Пиа вниз, к реке.

Она шла по берегу, со страхом оглядываясь, но вокруг никого не было. В дни до засухи река иногда широко разливалась, поэтому люди селились выше, куда вода никогда не доходила.

Тем не менее, проходя мимо одной из хижин, она услышала лай бдительной собаки, и на миг сердце замерло от ужаса, но никто не появился, и она представила, как спящие люди переворачиваются, понимают, что собака замолчала, и снова засыпают.

Наконец она увидела лодку.

Она лежала на берегу вверх дном и была привязана к камню.

Пиа огляделась в лунном свете. Ничто не двигалось. В пределах видимости было несколько хижин, но ни одна из них не находилась в пределах слышимости.

Она отвязала верёвку и перевернула лодку. Та оказалась на удивление лёгкой. Под ней она нашла весло и большой деревянный черпак. Она удивилась, зачем здесь черпак.

Она протащила лодку через высохшую грязь и спустила её на воду. Это действие почти не произвело шума. Она не привыкла к лодкам и неуклюже забралась внутрь, потеряв равновесие и упав на колени, хватаясь за борта, чтобы не свалиться.

Она схватила весло и попыталась направить лодку на середину реки. Ей потребовалось несколько гребков, чтобы наловчиться, но как только она поняла, что делать, то стала лучше управлять лодкой.

Она оглянулась. Никто не смотрел.

Заметив, что на дне лодки скапливается вода, она поняла, для чего нужен черпак. Она вычерпала почти всё, но вода тут же начала просачиваться снова. Пиа осознала, что черпать придётся постоянно. Зато она плыла по течению, так что весло использовала лишь для того, чтобы держаться середины реки и обходить препятствия.