— Что ты хочешь, чтобы я сказала Даффу? Этому моему незаметному поклоннику.

— Попроси его поговорить с мужчинами. Возможно, он сможет убедить хотя бы некоторых из них, что то, что делает Трун, неправильно.

Пиа сомневалась, но была готова попробовать.

— Я сделаю всё, что смогу.

Они разошлись. Пиа направилась к дому Даффа, на самый восточный край земель земледельцев. По дороге она пыталась решить, что сказать, но мысли её отвлекало открытие Яны. Дафф всегда был приятен и дружелюбен, но ей и в голову не приходило, что он может быть в неё влюблён. Яна сказала, что Пиа была слишком увлечена Ханом, чтобы заметить, и, вероятно, это было правдой.

В любом случае, Дафф будет рад помочь.

Ручей, который обычно тёк из леса через поля Даффа к Южной Реке, теперь пересох, с тревогой отметила Пиа.

Земля Даффа была одной из старейших. Он унаследовал её от дяди. Жена дяди, маленькая жилистая женщина по имени Уда, была ещё жива и полна сил. Пиа застала их на краю леса, они отдыхали в тени деревьев и ели копчёную свинину. Дафф предложил Пие немного своего мяса, и она взяла маленький кусочек.

Дафф был жилистым, как и его тётя, и составлял разительный контраст с Ханом, который был почти великаном. Фигура Даффа была складной и аккуратной. И хозяйство у него тоже было аккуратным, ему под стать. Борозды прямые, дом в хорошем состоянии, а рядом с Даффом сидела послушная жёлтая собака, надеясь получить кусочек свинины.

Пиа села с ними и рассказала историю о Труне и Стаме. Дафф и его тётя Уда были, к её удовольствию, возмущены.

— Женщин иногда принуждают принять мужчину, которого они не любят, — сказала Уда, — но обычно этот мужчина более или менее подходит. А Стам всего лишь мальчишка!

— Тринадцать лет, — сказала Пиа. — Моей матери скоро… — Она показала свои ладони, указала на ступни, а затем повторила оба жеста.

— К тому же Стам грубый и жестокий, — сказал Дафф. — Он постоянно лезет в драки. Девушки его боятся.

— Моя мать обходит все дома, — сказала Пиа, — говорит с женщинами, рассказывает им, что случилось. Она надеется, что они будут протестовать, зная, что могут стать следующими.

— Желаю ей удачи, — сказала Уда. В её голосе не было ни надежды, ни пессимизма.

— Дафф, ты поговоришь с мужчинами? — спросила Пиа. — Узнай, считает ли кто-нибудь из них, что это неправильно.

Дафф кивнул.

— С радостью. Не знаю только, найду ли я много сочувствия.

— Поговори с мужчинами, у которых есть дочери. Укажи им, что это может случиться и с ними.

— Хорошая мысль, — сказал Дафф с ноткой восхищения. — Мужчина, который любит свою дочь, не захочет видеть её в паре с молодым задирой.

— У нас есть время до завтрашнего вечера, — сказала Пиа. — Именно тогда Стам придёт… вступить во владение.

— В таком случае мне лучше заняться этим прямо сейчас. — Дафф поднялся на ноги и вытер руки о лист. — Начну, пожалуй, с ближайшего соседа.

— Спасибо, — сказала Пиа. — Ты очень добр.

*

На следующий день у дома Яны и Пии собралась толпа. Большинство из собравшихся были женщины. Одной из них была подруга Пии, Мо, и Пиа тихо спросила её:

— Что говорят?

— Они возмущены, естественно. Но некоторые и напуганы. Они здесь, но не хотят слишком обижать Труна. Другие настроены решительнее.

«Мо среди решительных», — догадалась Пиа. Она была коренастой, с тёмными волосами и веснушками, и её было нелегко запугать.

— Полагаю, самые напуганные остались дома, — сказала Пиа.

— Точно.

Был тут и Шен, с острым взглядом, отмечавший, кто присутствует, а кто нет. Сегодня вечером у Труна будет полный список.

Пиа заметила в толпе Борга и Дега. Они не выглядели ни капли смущёнными. Неужели они не понимали, какую роль сыграли в этом кризисе? «Конечно, нет», — подумала она.

Мужчин было больше, чем она ожидала, и она поделилась этим наблюдением с Даффом.

Он был настроен осторожно.

— Я собрал нескольких сторонников, но с некоторыми из тех кто пришел я не говорил и не уверен, на чьей они стороне. Они могли прийти, чтобы поддержать Труна.

Пиа кивнула. Именно этого она и боялась. Исход был неясен, поняла она. Её терзала тревога, но больше она ничего не могла сделать.

Как только нижний край солнечного диска коснулся западного горизонта, в полях показались Трун и Стам. К тому моменту, когда они приблизились, разговоры в толпе стихли до шёпота.

На Стаме была новая туника и кожаная шапочка в форме чаши. Пиа догадалась, что шапочку сшила Катч, его мать. Он казался довольным собой, но на самом деле маленькая шапочка на его большой голове делала его похожим на дурака.

Когда отец и сын подошли к толпе, Трун громко сказал:

— Дорогу, дорогу!

Пиа почувствовала, как толпа замерла. Это был ключевой момент. Осмелятся ли они бросить вызов Труну и преградить ему путь?

Один или двое отступили, и другие последовали их примеру. Те, кто не сдвинулся, оказались на виду, и по одному, по двое, они тоже попятились. Люди уходили с дороги нехотя, но это не выглядело как открытое неповиновение, и через несколько мгновений для Труна и Стама открылся свободный проход сквозь толпу.