Шрифт:
А потом начался миномётный обстрел.
По злой иронии судьбы, сам ратующий за безопасность во время подобных обстрелов, я каким-то невероятным образом попал под взрыв шальной мины, залетевшей в то место, откуда вёл наблюдение за полем боя. А может, отблеск окуляров заметил глазастый басмач и положил снаряд точно в яблочко.
«Не меньше восьмидесяти миллиметров калибр, — промелькнула мысль, когда шарахнул второй взрыв. — У бородачей, кажется, есть подобные. Британский L16. Но что делать-то? Пристрелялись, суки, сейчас накроют».
Выждав момент, я выскочил из-под валуна, где вырыл окопчик под свой НП, и рванул со всех ног чуть выше, где была вторая линия хаотичных вывалов, спиной ожидая очередного взрыва. Но почему-то не услышал его, ощутив только сильный толчок невидимой гигантской длани, которая играючи швырнула моё тело на камни, как тряпичную куклу. И мгновенно наступила темнота, где единственным ориентиром для выхода оставался далекий отблеск багрово-алых языков пламени.
И Субботина неумолимо потянуло туда нечто жуткое, завывающее на все лады, не давая возможности сопротивляться и вынырнуть на поверхность бытия из завораживающе страшной темноты.
— Миша-ааа! — Лизин голос плавает где-то рядом, и я с трудом разлепляю глаза. Сквозь задёрнутые тонкие шторы с цветочным принтом пробивается утреннее солнце, светлая дорожка наискось расчерчивает кровать и зарывается в волосах девушки, склонившейся надо мной. — Миша, да что же это такое! Опять кошмары?
Лицо подруги встревожено. Закусив губу, она сжала пальцами мои плечи, как будто я до этого рвался из невидимых пут.
— Всё, я в норме, — хрипло выплёвывая из себя слова, я осторожно расцепил пальцы девушки. — Да в порядке я, в порядке! Подумаешь, покричал немного…
— Ничего себе — немного, — успокоившись, Лиза приникла к моей груди, обдавая жаром молодого тела. — Что такое «джихад-мобиль»? Кто такие Соломон, Тесей? Ты мифологией увлёкся? Лабиринт Минотавра, всё такое…
— Во-во, лабиринт, — проворчал я, удивляясь, каким образом девушка запомнила позывные бойцов, которыми командовал майор Субботин. Ведь это не просто сон, как мне представляется — это память моего тёзки-офицера. Только сам ли он предоставил доступ к ней, или я понемногу погружаюсь в его сознание? — Такой лабиринт, что выйти невозможно.
Я покосился на будильник. Семь утра. Потом перевел взгляд на замершую Лизу, и моя рука пошла по её гибкой спине вниз к аппетитным ягодицам.
— Миша, — пробормотала она, — ты что задумал?
— Нечто приятное, — бормочу я, ощущая дикое желание, которое с ночи никак не может выбить из моей головы картину кровавой расправы с незнакомцами в туалете. — Время у нас есть…
— Только разочек, хорошо? — промурлыкала Лиза, расслабляясь в моих объятиях. — Тебе надо ехать домой. Не хочу, чтобы громилы твоего отца ломились сюда.
Резко затрезвонил мой телефон, разом вышвыривая нас из утренней неги. Судя по мелодии, поставленной на этот номер, это Матусевичу не спится.
— Олежка, я тебе однажды в пять утра позвоню, понял? — рыкнул я сразу, как только поднёс аппарат к уху.
— Ты сейчас где? — тоже вместо приветствия торопливо спросил Матусевич. — Тебя полиция ищет.
— С какой радости я им понадобился? — сердце заледенело. Я поднял палец, призывая Лизу, открывшую было рот, помолчать.
— Не слышал, что в «Европе» случилось? Сразу после того, как вы ушли, в мужском туалете обнаружили два трупа. Одному башку разнесли пулей, а у второго вообще лица не видать. Измочалили так, что родная мать не узнает.
— Два? — теперь и по спине покатились острые ледяные крошки. — Там же…
И вовремя прикусил язык. Неужели один выжил? Так-то да, я его только коленом в лицо врезал, он мог просто потерять сознание, а потом очнулся и ушёл. Но как? Там же куча народу ходит, официанты, обслуживающий персонал. Сука! Камеры! Я точно засветился! Понятно, почему полиция взяла мой след.
— Чего говоришь? — к счастью, Матусевич не расслышал, что я бормочу. — Ты у Лизки?
— Не твоё дело, дружище, — оборвал я излишний интерес Олега. — Вас уже допрашивали?
— Пока не добрались, но отца и дядю Кирилла до двух часов ночи держали, да ещё всех, кто находился в ресторане, переписали. Теперь будут каждого дёргать на допросы.
— Камеры смотрели?
— Конечно, — хмыкнул Матусевич. — Иначе почему полиция тобой заинтересовалась? Ты же личность известная, следователи сразу же стойку сделали. Поспрашивали нас, куда ты пропал, ну и отпустили пока.
Чёрт возьми, зря Субботин так кардинально разобрался с этими незнакомцами. Может, стоило поехать с ними, зато узнал бы много интересного, а главное — кто стоит за недавней аварией… если принять версию майора? Я не особо переживал за произошедшее. Доказательств моей причастности к убийству двух человек нет, а косвенные обвинения вряд ли станут основой уголовного дела. Да и отец не позволит трогать меня, надавит на все рычаги.