Загнав машину в гараж, я неспешной походкой направился домой. Утро хорошее, прохладное, воздух напоен ароматом цветов, от старательно промытых дорожек исходила свежесть. Единственное, что омрачало картину возвращения домой — стоявший возле парадного подъезда незнакомый чёрный «Бенц». Поднявшись по лестнице на веранду, кивнул двум охранникам, торчавшим возле входной двери.

В парадном меня встретил Савелий. Судя по спокойной физиономии управляющего, пока ничего страшного не происходит. Никто не собирается арестовывать меня, выкручивать руки и бить по почкам. Или рано расслабляться?

— Александр Егорович ждёт вас в своём кабинете, — сухо произнёс Савелий.

— А кто на «Бенце» приехал?

— Следователь из Департамента полиции.

— Ну да, ожидаемо, — буркнул я и на деревянных ногах поднялся по лестнице на второй этаж. Дойдя до кабинета, постучал костяшками пальцев по лакированной двери. Услышав густой рык отца, разрешающий войти, надавил на ручку, проскользнул в образовавшуюся щель.

— Явился не запылился, — проворчал отец, сидя в кресле с пузатым стаканом, в котором плескалась коричневая жидкость. Папаша с утра к коньяку прикладывается? Хм, неужели дело совсем дрянь?

— Бежал со всех ног, как только Саймон сказал, — тяжеловесно отшутился я, разглядывая гостя, примостившегося в соседнем кресле с таким же стаканом.

Мужчине в светло-коричневом костюме в крупную клетку было лет сорок. В густой тёмно-русой шевелюре проблескивали серебристые волоски, пижонские бакенбарды тщательно ухожены, как и щётка таких же пижонских усов. Карие глаза на чуть суженном к подбородку лице источали любопытство; в них не было ни капли подозрения или желания схватить злодея за руку и потащить в кутузку. Фараон весьма осторожен, не хочет набрасываться с расспросами, ждёт, когда его представит господин Дружинин.

— Познакомься со старшим следователем из Департамента, сын, — бесстрастным голосом произнёс отец. — Мирской Игорь Евсеевич. Он будет вести дело о происшествии в «Европе». Тебе же известно, что там произошло?

— Нет! — я удивлённо перевожу взгляд с отца на Мирского. — Я же с Лизой ушёл раньше всех, и… мы были слишком заняты иными делами, чтобы следить за какими-то там происшествиями в ресторане.

— Не паясничай, — побагровел папаша, сжимая в руке стакан. Того гляди, раздавит в мелкую крошку.

«Молодец, ловко выводишь его из себя, — усмехнулся Субботин. — Будь внимательнее со следователем».

Как будто сам не знаю, кто сейчас наиболее опасен.

— Подождите, Александр Егорович, — мило улыбнулся Мирской, — молодой человек взвинчен, вы же видите. Наверное, ему известно об убийстве двух человек в туалетной комнате ресторана «Европа». Я более чем уверен, что друзья уже отзвонились и предупредили. Вы позволите задать несколько вопросов вашему сыну?

— При мне, — тут же отрезал Дружинин.

— Конечно, нисколько не возражаю, — кивнул следователь и жестом показал, чтобы я присаживался.

Осторожно сажусь в свободное кресло, оказавшись, таким образом, напротив Мирского.

— Михаил, вы же не будете отрицать, что, находясь в ресторане, отлучались в туалет? — сразу взял быка за рога следователь. — Ваши друзья подтверждают этот момент. Камеры показали, что вы вошли в мужскую уборную в 22.12. Пятью и семью минутами раньше туда зашли два человека. В 22.15 туда же зашли ещё двое мужчин, а в 22.20 вы покинули помещение. Подтверждаете?

— На время не смотрел, — я пожал плечами. — Но двоих мужиков в дурацких костюмах видел. Они там крутились, когда я руки мыл. Может, наркотиками баловались, или продавали кому. Мне-то до них какое дело?

— В 22.24 из туалета вышел мужчина в жёлтом костюме с разбитым лицом и направился вглубь служебного коридора, где находится аварийный выход, — продолжил как ни в чём не бывало Мирской. — Состояние у него, скажем прямо, было не очень, как ещё не упал.

Субботин в моей голове громко засмеялся.

«Вот повезло так повезло! — воскликнул он. — Мишка, да ведь мы можем свалить всё на этого петуха в костюме!»

Да я и сам уже понял, что есть шанс выкрутиться. Если бы не личная аура, оставшаяся на пистолете! Интересно, эксперты уже проверили оружие?

— Михаил, вы, случайно, не были свидетелем конфликта между этими двумя мужчинами? О чём они говорили?

— Вы удивитесь, но они вообще молчали, — я честно взглянул в настороженные глаза следователя. — Один, который в серебристом костюме, стоял рядом со мной и мыл руки. Второй у дверей топтался. Когда я собирался выходить, из кабинки вышел какой-то мужик. А что было дальше — не знаю.