— Ну… ты же предупреждал, что в случае опасности сможешь справиться с врагами. Если честно, я был как в тумане, вообще не понимал, что происходит. Одному башку об умывальник разбил, второго обезоружил и коленом в рожу добавил. Только откуда третий взялся?

— На толчке сидел, пока тебя ожидал, — хмыкнул майор, — Что-то вроде «засадного полка», на случай, если бы ты вдруг каким-то образом одолел первых двух, или пришёл не один.

— Знаешь, это уже паранойей попахивает, — я решительно встал, собираясь идти в постель досыпать.

— Дерьмом это попахивает, Мишка. Если мы не докопаемся до истины, не поймём, кто этот Мистер Икс, чего ему именно от тебя надо — грохнут тебя раньше, чем ты университет закончишь, — мрачно произнёс Субботин. — А нам до него раньше добраться надо. Я про бенефициара речь веду, если что.

— Да понятно. В следующий раз, когда меня будут убивать, не спрашивай разрешения, — откликнулся я, пристраиваясь к горячему бочку Лизы, заворочавшейся во сне. — И спасибо тебе, майор. От души спасибо.

— Ладно, спи, — добродушно буркнул старший тёзка и мгновенно куда-то пропал. В голове стало тихо и пусто.

Я не стал обдумывать наш разговор, решив оставить сие увлекательное действие на потом. Прижал к себе Лизу и, удивительное дело, сразу же отключился от действительности.

— Командир, вижу на два часа ещё три «джихад-мобиля», — раздался в наушниках голос Кири, одного из группы снайперов, сидевших на разных точках в вывалах огромных валунов, когда-то вырванных из земли необъяснимой природной силой. — Быстро скачут, суки! Чисто сайгаки!

— Понял, Киря, следи за своим сектором, — ответил я чужим мужским голосом, и прищурив глаза, усталые от бесконечно сверкающего солнца и песка, взметнувшегося в воздух после недавнего обстрела высотки, приник к биноклю в указанном направлении. Почти сразу же три мельтешащие точки, которые неслись по песчаным холмам к нашим позициям, прыгнули вперёд, увеличившись в размерах. Точно, бармалеи на своих тачанках. Если прорвутся к подошве высотки — мало нам не покажется. Хотя Секач и Лонг расставили по траектории вероятного движения противника несколько «монок» и более продвинутые современные «медальоны» с хитрой начинкой, предназначенные не только для уничтожения пехоты, но и малых движущихся транспортных средств, всё равно нужно подстраховаться. К этому моменту боевики выдохлись и пытались перегруппироваться. Стрельба малость поутихла.

— Тесей, шустро на северный склон со своим расчётом, — бурчу в гарнитуру я-Субботин, — и с «эспэгэшкой». Гостей надо встретить со всем почтением. Лор, ты тоже присоединяйся.

Сон? Непохоже. Настолько всё происходящее правдоподобно, с каждой мелочью, начиная от запаха оружейной смазки, пороха и пота, катящегося по грязным щекам, до невыносимой жары, обрушившейся на плечи и головы с раскалённых белых небес.

Парни не заставили себя долго ждать. Весь расчет с гранатометом спустился по вырытой на холме продольной траншее к валунам и сосредоточенно стал следить за подпрыгивающими на невидимых камнях джипами с пулеметами ДШК в кузове. Как только они выскочили на траверсу холма, затрещали длинные очереди. Пулеметчики лупили без остановки по высоте, стараясь больше задавить психологически, чтобы никто не смог поднять голову под свинцовым дождем. Я был спокоен, зная, что ребята не подставятся под дурную пулю. Лор, как снайпер, сейчас отслеживал любое движение пулеметных стволов в сторону расчета, ожидая момент, чтобы гарантированно загасить стрелков, увлеченно пускающих веером очереди из пулемёта на треноге.

Первый джип влетел на минную закладку. От взрыва он, как бешеный жеребец, вскинулся на задние колёса, разметал какие-то ошмётки и человеческие тела по горячему песку. Фыркнула реактивная струя — граната устремилась навстречу ошалело несущемуся ей навстречу второму «джихад-мобилю». Встреча произошла за пятьсот метров до подошвы высотки.

Бадах!

Невероятная сила взрыва подбросила машину вверх и перевернула её в воздухе набок. Скрежетнув металлом по каменистой почве, джип окутался чёрным дымом с оранжевыми языками пламени. Грохнуло ещё раз.

«Они там что, ящик гранат с собой везли?» — удивленно подумал я-Субботин, рассматривая чадящие костры уничтоженных «тачанок». — «Хорошо сдетонировало».

Третий джип не стал испытывать судьбу своих товарищей, заложил крутой вираж и стал удаляться, огибая холм на таком расстоянии, чтобы ни пуля, ни мина не достали его.

— Дело сделано, — раздался голос Тесея. — Уходим на южный склон.

— Двигай, — разрешил я. — Соломон, как там дышишь?

Мой заместитель, лейтенант Соломин, получивший свой позывной в честь известного иудейского царя по созвучию с фамилией, тут же отозвался довольным голосом. Бородачей, упрямо атакующих высотку, прижали к земле, не давая тем поднять голову. Кажется, они уже выдохлись от бесконечных атак, пытаясь сбросить нашу группу с господствующей над Пальмирой высоты. Почти десять часов беспрерывного боя; наведение «сушек» на позиции «нусровцев»; прикрывающий и отсекающий огонь, чтобы дать возможность нашим военспецам и сирийской полиции выскочить из клещей, которыми обхватили их отряды боевики. Почти половина моих ребят ранены, но убитых — что радовало — не было.

Нам нужно продержаться ещё один час, после чего приказано отходить. И так продержались достаточно. Я по внутренней связи попросил парней не расслаблять булки, потому что в бинокль заметил подозрительное копошение на северо-восточном направлении. Грузовики перебрасывали к древним развалинам очередную партию бородачей. Причём, из зоны ответственности американцев. Колонна остановилась за километр до холма, басмачи рассредоточились и стали осторожно приближаться, а за триста метров до позиций залегли между камнями.