— Прокл, ты когда свою метлу сбреешь? — на ходу спросил князь. — Или волосы отрасти, что ли.

— Они мне удачу приносят, — проворчал Прокл.

— Да? Хорошо бы сейчас ты это продемонстрировал, — стремительно взбежав на крыльцо, Дружинин ускорил шаг, не обращая внимания на услужливого дворецкого, кланяющихся горничных и порскающих из-под ног работников. Оказывается, как их много в доме! — Где Дубенские?

— Я пока их разместил в гостевой комнате, — поспешая за князем, рапортовал начальник СБ. — Распорядился угостить чаем, конфетами.

— Они как, адекватно расценивают ситуацию?

— Да, вполне. Ольга Анисимовна — кремень-женщина. Такую мало чем испугать можно, — уважительно проговорил Прокл.

— Ильхан приехал?

— Уже больше часа в кабинете сидит, ждет.

— Хорошо, — Дружинин поднялся на площадку второго этажа и остановился в задумчивости возле своего кабинета. Не обращая внимания на распахнутую охранником дверь, зачем-то поднял палец вверх, словно хотел что-то вспомнить, но передумал. — Зови Дубенских и сам заходи.

— Слушаюсь, — Прокл поторопился исполнить приказ.

При появлении хозяина из-за стола поднялся худощавый мужчина в белой рубашке с короткими рукавами, обтягивающей жилистое, свитое из одних мышц, тело. Светло-рыжие волосы аккуратно подстрижены, а остро выпирающие скулы делали лицо хищным, как у ласки.

— Здорово, Ильхан, — не чинясь, Дружинин протянул ему руку, которую мужчина крепко сжал, старательно пряча в глазах гордость, что он вот так запросто здоровается с Хозяином. — Да ты садись, чего вскочил-то…

Сам он опустился в глубокое и мягкое кресло, сжал бутылку минеральной «Аквафины», опутав её невидимыми плетениями холодной магии, и с удовольствием, прямо из горлышка, стал хлебать остуженную воду. Родовая Стихия не мешала осваивать легкие чародейские плетения, не мешающие основному Дару. У каждого одаренного в арсенале было до десятка подобных мелких чудачеств, на которые контролеры Магической Палаты закрывают глаза. Основная Стихия, призванная защищать и атаковать, пестовалась из поколения в поколение, нарабатывались тактические и тайные приемы, хитрые комбинации — всё, что шло на пользу Роду. А остальное — для себя, любимого. Проще говоря, бытовой магией разрешалось пользоваться без ограничений.

— Можно, Александр Егорович? — на пороге кабинета застыла миловидная брюнетка лет сорока, в деловом брючном костюме песочного цвета, облегавшем её аппетитную фигуру. Свой невысокий рост она компенсировала с помощью туфель на шпильке, передвигаясь на них, как заправская модель.

Из-за её плеч выглядывали напряжённые лица юноши и девушки. Семья Дубенских почти в полном составе. Это хорошо, что Василия нет. Муж у Ольги плохо держит эмоции, частенько срывается, нервничает, отчего совершенно теряет нить разговора. Если бы не парочка заместителей, подчищающих его недочеты…

— Оленька, ты, как всегда, безупречна! — заулыбался Дружинин и привстал, жестом показывая, что не нужно стоять на пороге, а лучше всего сесть за стол. — Устраивайтесь поудобнее. Настя такая красавица стала! Давно тебя не видел, расцвела, как роза!

— Скажете тоже, дядя Саша, — фыркнула Настя, ничуть не смутившись. — И виделись мы всего две недели назад.

— Неужели? — сделав вид, что удивился, Александр Егорович пошутил: — Старику простительно не следить за временем. — А сам поглядывал на женщину, которую комплимент дочери нисколько не растрогал. Наоборот, она вся напряглась, готовая броситься на защиту своих детей, как рассвирепевшая медведица. — Прокл, закрой дверь и тоже присоединяйся. Времени у нас мало, о деле говорить будем.

— Александр Егорович, я не знаю, что ты задумал, но сразу предупреждаю: никакого давления на детей не допущу. Полиции они уже всё рассказали. Не знаю, какие ещё подробности тебе нужны, — отчеканила Ольга Анисимовна. — Мозгоправов к Насте и Ване не допущу.

— Да что ты, Оля, — Глава рода улыбнулся как можно дружелюбнее. — Я вот что подумал. Ребята уже пришли в себя, переварили эту неприятность. В конце концов все живы, Мишка пока в изоляции под присмотром Зибера, но и с ним всё в порядке. Может быть, теперь попробуем восстановить по памяти с самого начала?

— Мам, — посмотрела на неё Настя. — Ну что ты? Дядя Саша не обвиняет нас, а хочет понять, кто совершил аварию.

— Золотые слова, дочка, — кивнул Дружинин. — Может, ты и начнёшь?

— Да всё как обычно после хорошей вечеринки. Мы встали, привели себя в порядок, разогнали всех по домам и собрались ехать в Оренбург, — неторопливо заговорила девушка, усиленно вспоминая моменты того дня. — Мишка предложил подвезти нас на своем «Аксае», мы согласились. Лиза села впереди, а мы особо и не возражали. Всё было нормально, Мишка особо не гнал, был сосредоточен, как никогда…