— Ля, какая ты заботливая, — хмыкнул в ответ. — Слушай, а давай я после того, как ты мне всё сделаешь, я тебя прикончу, чтобы ты не мучилась?

— Нет! — тут же замотала головой Валькирия.

— А чего так? — поднял бровь.

Тело всё горело, а я пил какую-то бурду. Заставил перед этим отхлебнуть бабку, а то вдруг отравить меня собралась. Вонь знатная, ещё и горькая, словно из одной полыни приготовлено.

Но вот тело радовалось, боль куда-то уходила, и вообще я, кажется, даже расслабился. После очень захотелось есть. Старая расщедрилась и дала мне… Суп? Чай? Рагу? Какую-то странную бурду от которой должно воротить, но я запихивал в себя. Плевать, главное, что горячее.

И, кажется, впервые за всё время в этом мире почувствовал себя более-менее. Достал новую рубаху, оделся. Нашёл воду и привёл себя в порядок, если не смотреть на мою худобу, то сойду за обычного крестьянского пацана.

— С чего начнём? — спросила Валькирия. — С метки убийцы? Да, пожалуй, с неё.

— Давай-ка стоп! — поднял руку. — Сначала информацию давай по ней.

— А какая тут информация? — улыбнулась бабка. — Метка убийцы ставится тому, кто загубил много людей. Его поймали и сделали клеймо, посадили в тюрьму. Плохо, что ты такой молодой, но ничего не поделать. Люд обычный будет бояться, но хотя бы не так, как меченного богами или демонами. В случае чего ты будешь крайний, тюрьма и каторга всегда будут светить, но это если с людьми обитать будешь и светить ей.

Слушал и думал. Те же яйца, только в профиль… Не стать мне любимцем в городе. Ладно, хрен с ним, не буду никому показывать, и пойдёт. Найду себе девушку, что влюбится, а потом уже и раскрою тайну.

— Что делать? — спросил.

— Подойди, — кивнула Валькирия. — Руку протяни и на вот.

Мне дали палку.

— Зажми между зубов, а то ещё язык себе откусишь, да и детские слёзы я не намерена слушать.

— А я старушечьи причитания, — взял палку в рот и запихнул.

Сел рядом с ней, бабка достала какую-то железяку.

— Украла, — гордо заявила она. — Это целый артефакт, и не простой, абы какой не подойдёт, не скроет. Это наш с тобой брат придумал. Был такой Валькнут, артефактов и избранник богов. Его тоже бросили, и вот он придумал, чтобы как-то скрываться. Ладно, активируй метку.

— Как? — уточнил.

— Зелёный совсем, — качала Валькирия головой. — Энергию направь в руку, мне нужно, чтобы она засветилась, и тогда я всё сделаю.

Начались мои попытки тужиться, чтобы энергия потекла. Звучит вроде просто, да? Нихрена! Я ж не в зуб ногой с этой энергией. Валькирия положила железяку в огонь, пока я продолжал пыжиться.

У меня ничего не получилось, час стараний и ноль результата. Так сильно я ещё не злился на себя. Тужился, даже голова заболела.

— Ты там только не обосрись! — засмеялась старая тварь.

— Смешно тебе? — прорычал. — А с мечом по рукоять в глотке тоже будешь ржать?

Вот же стерва, я же сказал ей, что ничего не знаю и не умею. Словно мне мало проблем от обиженного божка, так ещё и она издевается. Чуть не сдох парочку раз сейчас и ещё чуть больше до этого. После моих слов Валькирия заткнулась и успокоилась, смотрела на мои потуги и молчала.

В итоге бабка подошла к моему подарку ей и достала крота. Поднесла ко мне, и моя метка тут же засветилась, а потом пришла боль.

Я даже палку зубами перекусил, как охренеть мне было приятно. Валькирия не церемонилась, раз и мне воткнули раскалённую кочергу в руку. Кожа шипела, мышцы и что-то ещё. Не разобрал, не до того было мне. Метка горела красным, что-то внутри шевелилось. Узнал бы у Кары, но увы, она офлайн. Зато я даже не пискнул во время процедуры, а то чё меня старая на понт берёт?

Теперь у меня не круг с мечами на кисти, а череп чёрный.

— На вот! — бросили мне какую-то банку. — Это мазь, чтобы скрывать метку от людей. Наноси каждый день и не вздумай пропускать, а то полыхнёт так, что те, кто рядом, обосрутся, твари сбегутся или инквизиция.

Кивнул.

— Это… — протянули мне бумажку. — Рецепт, как приготовить, найди зельевара или алхимика, которому можно доверять. Ингредиенты собери перед этим и лучше потом убей его, чтобы он не ляпнул, что делал и для кого.

Кивнул.

— Вот тебе перчатки, — бросили кожаные с обрезанными пальцами. — Носи и не снимай. В случае чего — беги. Убийц никто не любит, особенно таких мелких, как ты.

— Понял, — ответил.

— И это… — шмыгнула носом Валькирия. — Будь аккуратнее, боги ещё те твари. Твой потратился на тебя, призвал, метку дал и хранителя. Сэкономил на всём остальном, но он своего не упустит. Пока ты жив, он от тебя не отстанет.

— И не рассчитывал, — поморщился.

Этот урод ещё и чего-то ко мне имеет? Ничего, попробуем как-то спрятаться, а потом я планирую размазать его задницу по своему сапогу.