Это было зрелище абсолютной, математически выверенной смерти. Империя не оставляла руин, она оставляла «чистый лист». Ирония заключалась в том, что именно по этому листу мы сейчас писали свою историю, прокладывая глубокую колею к сердцу тьмы. Я смотрел на свои руки, сжимающие поручень. Ожог Империи медленно угасал, но в венах все еще гудело эхо той колоссальной власти, что прошла через меня. Это было пьянящее, опасное чувство — управлять стихией, созданной для тотального уничтожения, но вместе с тем оно оставляло после себя холодный, липкий осадок. Я стал отмычкой, которая взломала замок, не предназначенный для человеческих рук, и теперь дверь была распахнута настежь.

Гул моторов нашей колонны казался кощунственно громким в этой мертвой тишине. Мы были единственным пятном хаоса в стерильном мире, вирусом, который выжил после глобальной дезинфекции и стал только злее. Впереди, сквозь марево поднятой пыли, уже проступали ломаные очертания кратера. Он не был спокоен. Даже отсюда, за километры, я чувствовал его вибрацию — низкую, тяжелую, резонирующую с костями черепа. «Объект Ноль» знал о нашем приближении. Он дышал, как гигантский зверь, загнанный в угол, но готовый к последнему, смертельному прыжку. Воздух становился плотнее, наэлектризованнее, словно сама реальность сжималась пружиной перед неизбежным ударом.

Впереди ждал Финал.

«Объект Ноль».

И тот, кто сидел внутри.

— Иду на вы, — сказал я в пустоту.

И пустота ответила мне гулом Врат.

Понравилось? Подписывайтесь и добавляйте в библиотеку! Это ускоряет выход проды!

Глава 20

ПАДЕНИЕ СТЕНЫ

Мы остановились на гребне последнего холма, отделявшего нас от эпицентра.

Отсюда, с высоты, «Объект Ноль» выглядел как рана на теле мира. Огромный кратер, заполненный фиолетовым туманом, пульсировал, словно сердце, которое вот-вот остановится. Вокруг него, как вены, расползались черные реки Гнили, питающие армию мутантов, заполонившую всю равнину.

Их были тысячи.

Десятки тысяч.

Титаны, сшитые из трупов слонов и танков. Рои крылатых тварей, застилающих небо. Леса из живых шипов.

— Это не армия, — прошептал Зубов, глядя в бинокль. Его руки дрожали. — Это океан. Мы утонем.

— Мы не будем плавать, — ответил я, спрыгивая с брони «Мамонта». — Мы будем строить дамбу. Из их трупов.

Вокруг меня суетились люди и нелюди.

Паладины Анны разворачивали магические щиты. Мои «Куклы» рыли окопы, работая с молчаливой эффективностью машин. Наемники Волкова устанавливали минометы.

Мы готовились к штурму, который должен был стать последним.

Ко мне подошла Анна.

Она сняла шлем. Её лицо было серым от усталости, но глаза горели фанатичным огнем.

— Мои разведчики докладывают, — сказала она без предисловий. — Периметр Объекта закрыт барьером. Не магическим. Биологическим.

— Стена плоти?

— Стена душ. Пророк использует сознания тех, кого поглотила Гниль, как живой щит. Любое заклинание, ударившее в барьер, отражается обратно, усиленное болью жертв. Если мы ударим Светом… мы сжарим сами себя.

— Значит, магия отменяется. Только кинетика.

Я посмотрел на Бориса.

Джаггернаут сидел на ящике с патронами, затачивая цепной меч.

— Эй, железный дровосек! — крикнул я. — Как тебе идея пройти сквозь стену из призраков?

— Если их можно потрогать, их можно убить, — пробасил он. — Но если они бесплотные… я пас. Мои руки не хватают воздух.

В этот момент небо потемнело.

Но не от туч.

Тень накрыла лагерь.

Гигантская, крылатая тень.

Это была не виверна.

Это была Лилит.

В своей истинной форме — паука с женским торсом и крыльями летучей мыши — она зависла над нами.

Вокруг неё висели «Тени» — её личная гвардия.

— К БОЮ! — заорал Зубов.

Турели танков развернулись. Паладины подняли мечи.

— ОТСТАВИТЬ! — мой голос, усиленный ментальным импульсом Легиона, ударил по ушам. — Не стрелять!

Лилит опустилась на землю в центре нашего лагеря.

Земля под её лапами зашипела.

Она уменьшилась, приняв человеческий облик. Женщина в платье из тьмы.

Но она была ранена.

Из её бока сочилась черная кровь. Одно крыло было надорвано.

Она хромала.

— ТЫ… ПРИШЕЛ… — её голос звучал слабо.