Из пасти вырвалась струя кислоты.

— Огонь! — заорал я.

Турели на крышах вагонов (автоматические) ожили.

Трассеры ударили в небо.

Виверна взвизгнула, получив очередь в брюхо, и свалилась с поезда, кувыркаясь по насыпи.

Но их было много. Десятки. Стая.

Они атаковали состав со всех сторон.

Они били хвостами в окна, пытаясь достать «мягкое» содержимое (нас).

— Борис! На крышу! — скомандовал я.

Джаггернаут уже лез по лестнице локомотива.

Он выбрался наружу, в рев ветра и визги тварей.

Его магнитные подошвы прилипли к металлу.

Он поднял свой пулемет.

— ИДИТЕ К ПАПОЧКЕ, КУРИЦЫ!

Ду-ду-ду-ду!

Свинцовый ливень встретил пикирующих монстров.

Борис стрелял с бедра, хохоча. Его новые руки гасили отдачу, которая сломала бы человека пополам.

Виверны падали, превращаясь в кровавое месиво.

Но одна из них, самая крупная (Вожак?), зашла с хвоста.

Она проигнорировала пулемет.

Она спикировала на вагон с лабораторией.

Туда, где лежал «Мальчик-Зеро».

— Нет! — я понял её цель. — Она чувствует энергию! Она хочет сожрать Анти-мага!

Тварь ударила лапами в крышу саркофага (сквозь проломленную крышу вагона).

Она вырвала контейнер вместе с креплениями.

И взмыла в воздух, унося наш главный козырь.

— Сбить её! — заорал я. — Вера!

Выстрел снайперской винтовки.

Пуля попала виверне в крыло.

Тварь качнулась, но удержала груз. Она набирала высоту, уходя в тучи.

Мы теряли «Зеро».

И тут произошло то, чего никто не ожидал.

Саркофаг в лапах виверны открылся.

Из него вырвался луч серебряного света.

Он ударил монстра в грудь.

Виверна замерла в воздухе.

Ее плоть… посерела. Окаменела.

Жизненная сила твари была выпита за секунду.

Мертвая, каменная туша рухнула вниз. Вместе с саркофагом.

Они упали в Пустошь, в километре от путей.

Взрыв пыли.

— Тормози! — крикнул я. — Мы должны его забрать!

— Не можем! — отозвалась Вера. — Сзади волна Гнили! Если остановимся — нас накроет!

Я посмотрел назад.

Фиолетовая стена тумана преследовала поезд. Она была близко.

Выбор.

Спасти оружие или спасти армию.

— Едем дальше, — сквозь зубы процедил я. — Отметьте координаты. Мы вернемся за ним. Если он выживет.

Поезд продолжил путь.

Мы потеряли козырь. Но мы увидели его силу.

Мальчик, который убивает касанием.

Если он попадет в руки Гнили… или Пророка…

Это будет конец.

Но сейчас у нас была цель важнее.

«Объект Ноль» был уже на горизонте.

Черный шпиль, пронзающий небо.

И он ждал нас.

Серая Зона оправдывала свое название.

Здесь не было цветов. Только оттенки пепла, ржавчины и фиолетовой дымки, которая висела над землей, как саван.

Поезд шел ровно. Стук колес убаюкивал, но это был сон на краю пропасти.

Я стоял в тамбуре, глядя в окно.

Мимо проплывали остовы гигантских боевых роботов, оставшихся со времен Первой Магической. Их броня поросла кристаллами, дула орудий смотрели в небо, обвиняя богов в предательстве.

— Красиво, — сказала Вера, подходя ко мне. Она сняла шлем, и ее волосы, мокрые от пота, прилипли к лицу.

— Кладбище, — поправил я. — Это не красота. Это некроз цивилизации.

— Мы тоже некроз, Витя. Мы везем три тысячи мертвецов в вагонах. Мы едем на ядерном реакторе, который топим кровью. Мы — чума.

— Мы — антитела. Иногда, чтобы убить вирус, нужно поднять температуру до сорока двух градусов.

В штабном вагоне было тихо.

Борис сидел в углу, пытаясь починить заевший сервопривод на левой руке. Отвертка в его огромных пальцах казалась зубочисткой.

— Заклинило после виверны, — буркнул он, заметив мой взгляд. — Кровь этой твари… она разъедает смазку. Кислота.

— Зайди в лабораторию, — сказал я. — Там есть нейтрализатор. И смажь суставы «Клеем».

— «Клеем»? Ты хочешь, чтобы я приклеил свои пальцы к автомату?

— Я хочу, чтобы твои руки не отвалились в самый неподходящий момент.

Вольт сидел за пультом, гипнотизируя экраны.

— Сигнал пропал, — сообщил он. — GPS, ГЛОНАСС, Имперская сеть. Мы в «мертвой зоне». Спутники нас не видят.