Со стороны всё это кажется негуманным, но если вспомнить, что они творят, то барьер недовольства тает и всё встаёт на свои места. Главное, при этом не потерять человеческое лицо и не уподобиться этим экспериментаторам, чтобы не стать в итоге таким же.

Назад к месту входа мы продвигались так же быстро, как и шли сюда. Вспомнил сейчас про съестные запасы, что мне упаковал с собой Матвей. Можно было бы перекусить, но вполне можно и подождать. Примерно через час мы уже выйдем из Аномалии и сядем в машины. Там я и предложу братишке вяленое мясо Лешего, посмотрю на его реакцию.

Подчинённые Алексея до выхода из леса срубили несколько подходящих веток и прямо на ходу принялись мастерить носилки, чтобы на них вынести спящего пленника из зоны Аномалии. Никто не должен знать, что мы взяли его в плен, даже те, кого все считают своими. Теперь это уже дело рода Демидовых и нам распоряжаться этой информацией.

На выходе из Аномалии мы так никого и не встретили, что неудивительно, так что все предпринятые меры маскировки, такие, как доспехи гвардейца, окровавленная повязка и носилки — оказались особо не нужны. Не забыли и кандалы снять, когда он заснул. Ну ничего, в таком деле лучше перестраховаться, чем снова лишиться возможности раздобыть хоть какую-то информацию.

Когда брат вернул меня к восточным городским воротам, не было и одиннадцати, впереди был ещё длинный день. Бой на севере шёл полным ходом, поэтому в моих планах было выйти всё-таки на работу в госпиталь, чтобы помогать с ранеными. Был в этом и некоторый необходимый именно мне момент — прокачка зелёного пятого круга, а то так получается, что молнии у меня пока что развиваются быстрее, а важно соблюдать баланс.

— Ну что, братишка, — спросил старший брат, улыбаясь, когда внедорожник остановился возле городских ворот, — как тебе прогулка?

— Весьма увлекательно, — улыбнулся и я ему. Потом похлопал рукой по связке крупных игл с загривка Игольчатой гиены, которые я всё-таки умудрился нащипать на обратном пути. — И полезно.

— Уже интересно, что ты с этим сделаешь, — сказал Алексей, бросив взгляд на солидный пучок. — Особенно после того, как ты наглядно продемонстрировал эффективность. Покажешь потом?

— Обязательно, — кивнул я. — Могу и для тебя сделать, если хочешь.

— Было бы крайне занимательно, — охотно подтвердил брат. — Примерно даже знаю размер нужного арбалета, можно будет с одной руки стрелять.

— Да, чуть не забыл, — сказал я, протягивая ему пробирку с густой фиолетовой жидкостью. — Это тот самый наркозный эликсир, может ещё пригодится для пленника.

— Спасибо, — ответил Алексей, осторожно принимая мой дар. — Это очень кстати. А ты не зря проводишь здесь время, столько всего любопытного уже придумал. Даже интересно, когда ты всё успеваешь?

— Удалось собрать неплохую команду, — улыбнулся я.

— Кстати, о команде, — сказал старший брат и ненадолго задумался. — У нас есть молодой артефактор, очень перспективный парень, но немного со странностями, может, возьмёшь его к себе на перевоспитание? Уж чересчур любопытный и рисковый, всё время рвётся в пекло. Сам понимаешь, так просто его к делу не пристроишь, а в деле его бы проверить надо.

— Заинтриговал, — усмехнулся я. — Для походов в Аномалию именно такие и нужны. Давай попробуем.

— Ну, если не понравится, скормишь Химерам, — сказал Алексей с совершенно серьёзным видом. Потом, увидев моё вытянувшееся лицо, рассмеялся. — Да ладно, шучу я. Жди моего звонка. А насчёт этого мага, если что-то интересное всплывёт, обязательно с тобой поделюсь.

— Хорошо, буду ждать, — ответил я, крепко пожал ему руку и вышел из машины.

Прежде чем отправляться в госпиталь, мне надо было зайти домой. В основном из-за солидной связки игл, которые достигали почти двадцати сантиметров в длину. Как раз дам задание их обработать и подобрать подходящий арбалет. С таким оружием эффективность нашего разведчика-белкоеда ещё больше возрастёт. Арбалет работает почти бесшумно и очень эффективно. Самый приятный бонус — увеличение прицельной дальности при поражении отравленными иглами.

Когда я пришёл домой, мои бойцы сидели в зале за журнальным столиком и играли в шахматы, чего я раньше за ними не замечал. Потянув носом, я почувствовал запах чего-то горелого и горели точно не шахматы.

— Матвей, покажи руки, — обратился я к приятелю.

Тот отвлёкся от шахмат и неохотно продемонстрировал забинтованную левую руку.

— Перестарались немного с тренировкой, — криво усмехнулся приятель. — Вот тебя сидим ждём. Правда, думали, что ты ближе к вечеру будешь, быстро вы обернулись. А это что у тебя?

Матвей с интересом уставился на связку игл. За его взглядом проследил и Стас.

— Ничего себе! — воскликнул парень. — С кого это ты таких надрал?

— Игольчатые гиены, — ответил я и грохнул связку на стол рядом с шахматной доской. — Так, давай сюда свою руку, страдалец.

Матвей вздохнул и протянул мне забинтованную руку, отвернувшись к окну. Я осторожно снял повязку и чуть не выругался. Кожа красная, как варёный рак, чуть ли не по локоть, на кисти было несколько пузырей с тёмной жидкостью. Были и небольшие коричневатые участки.