Мне повело голову, и я услышал голоса. Это были пока слабые, но всё усиливающиеся крики. Из стен сферы начали проступать искажённые мукой лица. Похоже, это были жертвы, чью кровь Сюэ Гу забрал для своей трансформации.

Они кричали без остановки, проклинали и молили о помощи:

«Помогите… спасите… больно… отпустите…»

Лин Шу выронила копьё и закрыла уши руками, но это не помогало:

— Заткнитесь! — крикнула она. — Заткнитесь!

Голоса не умолкали.

Чжао Ю смотрел вперёд, но его глаза были пустыми. Он смотрел на проявляющиеся лица в стенах, на раззявленные рты и шептал что-то непонятное. В какой-то момент он закрыл глаза и погрузился в себя. Я увидел, как его тонкой плёнкой начинает окутывать его водная энергия.

Я чувствовал, как моя ци утекает, и сфера высасывает её каплю за каплей. Ещё немного, и я потеряю сознание.

И вот в этом переходном состоянии, когда нет сил противостоять, когда сознание уже готово ускользнуть, моё восприятие железа обострилось до предела.

Я понял, что вся эта ловушка была частью тела монстра! Я оказался «внутри» Сюэ Гу, там, куда пытался пробиться раньше, и я чётко чувствовал каждую частицу, как в самом барьере, так и в теле противника.

Светящаяся паутина была так близко, что я мог дотронуться до неё!

И тогда я понял, что мне не нужна была сила, чтобы победить. Мне нужна была точность. Я должен был «ухватиться» за железо и сжать его. Сконцентрировать в одной точке. Создать точку сборки, чтобы подобное притянуло к себе подобное.

Та физика, физика иного мира, не позволила бы мне собрать слиток из рассредоточенного в живом теле железа, но здесь… Здесь власть Белого Тигра давала мне необыкновенные способности.

Только для этого мне нужна была абсолютная концентрация. А как я мог сконцентрироваться, когда моя ци активно вытягивалась?

И тут встрепенулся лучник. Он вскинул свой лук и посмотрел на меня. Его глаза были полны решимости.

— Ли Инфэн! — позвал Чжао Ю. — Ты в сознании? Ты сможешь пробиться, если я заморожу стену?

Я посмотрел на него, потом на Лин Шу. Она никак не могла прийти в себя… Значит, нас только двое.

— Мне нужно время, — сказал я. — Всего несколько секунд, но я не могу сконцентрироваться, пока он высасывает мою ци.

Чжао Ю кивнул:

— Понял, тогда я выстрелю в точку соединения сферы с телом Сюэ Гу, — он указал вверх, где купол крови переходил в массивное тело чудовища снаружи. — Там должна быть связь. Если я попаду туда стрелой с водной ци… может, это заморозит поток хотя бы на мгновение.

…И тогда влияние Алхимика на купол ослабнет. Это была отчаянная идея, но другого выхода не было.

— Давай! — сказал я.

Чжао Ю выпрямился. Его колчан лежал рядом. Он схватил его и вынул последнюю стрелу. Лучник вложил в неё остатки своей ци воды, и стрела засветилась ярко-голубым.

Прицелился.

ВШУУУУ!

Стрела взмыла вверх! Во мгновение ока она достигла точки, где сфера соединялась с пальцем Сюэ Гу, и лёд расползся по соединению, замораживая кровь. Барьер застыл, а поток ци, который тянулся от нас к Сюэ Гу, прервался.

На несколько секунд давление исчезло, и голоса умолкли…

Я закрыл глаза, входя в транс, отбрасывая всё прочь. Вся моя ци и сила шестой звезды сфокусировались в одну тончайшую мысленную нить.

Тигр положил свои тяжеленные лапищи мне на плечи.

Я… нет, мы нашли в море крови связь между частицами и снова потянули. Всё, подвластное нам, начало двигаться туда, куда мы звали.

Подобное к подобному. Все части одного целого стягивались к центру, образовывая крошечную, но невероятно плотную сферу.

Сюэ Гу взревел. Это был крик боли и ярости:

— ЧТО ТЫ ДЕЛАЕШЬ?!

Кровавая сфера задрожала и начала распадаться. Стены истончились, и по ним побежали тонкие трещины.

И…

Ловушка лопнула!

Я вывалился наружу вместе с Чжао Ю и Лин Шу. Мы упали на камни, задыхаясь и кашляя.

Я поднял голову.

Сюэ Гу стоял всё там же в центре двора, у алтаря, но сейчас его чудовищное тело дрожало. Он касался когтистой лапой своего живота, где под кровавой кожей пульсировала инородная холодная тяжесть.

Он посмотрел на меня, и в его красных глазах впервые мелькнул настоящий страх.

— Ты… что ты сделал? — прошипел он.

Я с трудом поднялся на ноги, посмотрел ему в глаза и тихо спросил: