Интересно, если Педру узнает, что она наорала на его драгоценного наследника, что он с ней сделает?

Афонсу поставил чашку с дымящимся напитком и сел напротив.

— Ты прости, что накричала, — начала Вера.

— Ой, да брось. По большому счету было ведь за что, — он кивнул в сторону окна, за которым по-прежнему бушевала стихия.

— А что у вас случилось?

— Конфликт интересов, — Афонсу показал браслет, затянутый на правом запястье. Вера узнала эмблему, буква «А» в круге. Кузя носил такую же. Понятно, почему они сдружились.

— Принц-анархист… неплохо. Этот город становится все интереснее и интереснее.

— То ли еще будет, — улыбнулся Афонсу. — А ты? Слишком много серебра для простых украшений.

Он кивнул на браслеты, которыми были опутаны руки Веры.

— Это не украшения, а оружие.

Она показала простой трюк с собиранием цветка на ладони.

— Ух ты! Необычно. Слушай, а ведь это из-за тебя ментор в Россию срывался? — Он вдруг широко распахнул глаза

— Ну да… — вздохнула Вера, не особо представляя, как ответит на следующий вопрос.

— А почему? Ну то есть… — Афонсу отставил свою чашку в сторону и наклонился вперед, будто в пустом зале кто-то мог подслушать их разговор. — Я мельком слышал разговор ментора с отцом, когда он пришел объяснить свой незапланированный визит в Москву. От злости и раздражения стены трещали. Студентку ему, видите ли, не отдают. Но, естественно, что за студентка и на кой она ему сдалась, мне никто не объяснял. Уж просвети, а? Открой тайну? А то я нехорошего надумаю.

— Чего, например?

— Ну как… наш ментор-монархист срывается, чтобы кровь из носу привести сюда колдунью с очень необычной силой… мою ровесницу… которую, он давно знает. Учти, если что, у меня есть девушка.

Вера рассмеялась — столь нелепое предположение разом сняло все напряжение.

— Нет, нет, Афонсу, меня не интересуешь ни ты, ни твоя корона, ни твой трон. Прости, но я до сегодняшнего дня вообще как-то не обращала внимания на сам факт твоего существования.

— Так дело же не в тебе, а в менторе.

— Думаешь, он на такое способен?

— Пф… легко. Он тот еще селекционер, раньше вообще не церемонился. Ненужную даму убрать, нужную подвинуть… с него станется выкинуть подобное. Но если дело не во мне, тогда я тем более не понимаю, из-за чего он так взбесился.

— Думаю, это личное. — Вера вдруг нашла прекрасное объяснение происходящему. Причем не только для других, но и для самой себя. Она сняла с правой руки широкий пятирядный браслет и протянула его Афонсу, показывая изнанку широких платиновых застежек. Колдун взял украшение, рассмотрел его со всех сторон, наконец замкнул застежки и увидел, что выгравированный на них узор, кажущийся поначалу непонятным, образовал эмблему Коимбры.

Вера дождалась, пока на нее устремится вопросительный взгляд.

— Когда исследования Пустоши только начинались, ментору приходилось часто иметь дело с моей семьей. А я была весьма любопытным ребенком. Совершенно бесцеремонным и до глупости смелым. Я донимала Педру вопросами и, в конце концов, он стал меня учить. Еще до того, как я поступила в Академию. Да и поступать я изначально планировала в Коимбру, планы в последний момент поменялись. А когда начало пробуждаться оружие, ментор подарил этот браслет, и…

— Дай угадаю, длиннющий список упражнений, который нужно было освоить?

— Ага. В точку, — Вера усмехнулась. — А еще велел носить, не снимая. Бабушка была в ужасе. Знаешь, пока я не научилась хоть немного контролировать силу, у меня по комнате ночью иглы летали. Все, от фамильяра до младшего брата, старались забрать у меня любой предмет, хотя бы в теории имеющий в составе серебро. А ментор выдал эту штуку.

— Когда я учился справляться с оружием, я топил свою комнату… — Афонсу развернул ладонь, и над ней появился маленький водяной смерч. Парень мог не только использовать воду, подвернувшуюся под руку, он ее создавал, как, впрочем, и любой стихийный колдун. Преимущество, которого Вера была лишена. — Знаешь, что предложил мне ментор. Нет, он даже не предложил. Он просто выбрал момент и утащил меня вместе с кроватью…

— К океану.

— Да! Сказал, что там, где все и так мокрое, я хоть высплюсь нормально. Знаешь, как я орал, проснувшись в воде?!

— Представляю… меня он тоже однажды… чуть не утопил. В общем, может, я и не знаю его так хорошо, как вы, португальцы, в конце концов, он редко бывал в России, но сложилось впечатление, что если ментор что-то посчитает своим, он будет готов до смерти сражаться за это… не то что устроить скандал в кабинете ректора. Я стала вашей студенткой задолго до того, как оказалась здесь.