— У меня на браслете триглав и Инесса поблизости, ничего вы мне не сделаете.

Педру фыркнул.

— Ментор Педру, что случилось? В чем вас… нас… обвинили на этот раз?

Бештафера остановился.

— В совершенной глупости, — пожал плечами он. — Должен сказать, что удивлен. Нет, я, конечно, слышу подобные обвинения время от времени, но чтобы здесь и на таком уровне…

— Какие обвинения, я не понимаю… Они посчитали…

— Да, они посчитали, что я с вами сплю. Еще МИПом упрекнули. Тоже мне, сравнили студентку-недоучку и сильнейших колдунов планеты… Делать мне больше нечего, в игры с вами играть…

Вера почувствовала, как брови ее поднимаются выше… и выше… наверное к самому затылку, а глаза приближаются к пятирублевым монетам по величине и округлости.

— Что? — только и смогла выдохнуть она.

— Что? — Педру наконец посмотрел на нее.

— Дивы же не испытывают… ну, влечения.

Он пожал плечами.

— Но люди же испытывают. Не то чтобы мне было сложно дать им желаемое. Особенно если есть, ради чего. Люди удивительно влюбчивые создания. И я давно научился этим пользоваться как для выгоды, так и для удовольствия. Например, связь при подобном взаимодействии может стать намного крепче, хотя как раз хозяевам я зачастую такого и не позволяю. Но всякая сила колдуна, в принципе, проявляется особенно ярко на эмоциональных всплесках. Чем это не «влечение» и чем не повод? Ощущать ее вполне приятно. Можно, конечно, опоить или долго и душевно беседовать… но зачастую запросы у колдунов куда проще. Что в МИП, что в Академиях, что в любых других местах, — Педру скептически оглядел Веру и слегка наклонил голову вбок. — Вы краснеете. Вам так сложно представить подобные отношения между бештаферой и человеком?

Удивление плавно перерастало в шок. Нет, представить у Веры как раз очень хорошо получилось… Она покрутила головой, чтобы как-то вернуться в реальность, и попыталась воззвать к единственной доступной взгляду логике.

— Вы говорите о колдунах… но они же мужчины… а вы тоже…

— Мужчина? — Педру улыбнулся. — Я уже говорил вам, что не стоит забывать. — Он шагнул к Вере, на ходу меняя внешность: — Я не мужчина.

Девушка на миг зажмурилась, когда сила волной прошла по позвоночнику.

— Я бештафера, — сказала изящная молодая блондинка. Она игриво намотала локон на тонкий длинный пальчик и, виляя бедрами, стала обходить Веру по кругу. — Очень древняя и мудрая бештафера. Я умею и знаю такое, что может привлечь очень и очень многих колдунов. — Горячие ладони опустились Вере на плечи, и девушка как завороженная смотрела на медленное преображение менторских рук, а голос, уже мужской и знакомый, прошептал над ухом: — И колдуний.

Она резко повернула голову и увидела хитрое лицо Педру совсем рядом со своим. Ментор вытянул губы, посылая воздушный поцелуй, и прежде чем Вера успела среагировать, оказался в десяти шагах от нее. На той точке, до которой успел дойти.

Посмотрел через плечо и, увидев совершенно растерянный взгляд, покачал головой:

— Ну что вы, сеньора, не разочаровывайте меня. Не задавайте вопросов, на которые не готовы услышать ответ.

И пошел дальше, не оборачиваясь и не замедляя шага. И успел сделать добрых двадцать шагов, прежде чем Вера смогла совладать со своим онемевшим языком.

Нужно было сказать что-то весомое, что-то серьезное и правильное.

Например:

«Я никогда не забываю, кто вы, ментор».

Или:

«То, что вы делаете, просто мерзость и цинизм. А не отношения».

Или еще что-нибудь в таком духе…

Но Вера открыла рот и выпалила:

— А так можно было, что ли?!

Ментор обернулся, и его почти безумный взгляд ей совершенно не понравился…

— Ну и зачем вы устроили этот фарс, если изначально не собирались ко мне прислушиваться? — Проректор поднялся и пошел к двери вслед за ментором. — Я был совершенно серьезен в своих опасениях. И Диана не могла спутать запахи, Веру с ним что-то связывает.

— Я знаю, — ответил Меньшов, ставя размашистую подпись на документах. — Но Педру прав. В случае Авериных обучение в Коимбре — почти необходимость. А подозрений Дианы мало для официального расследования, девочка недавно вернулась из отпуска, кто знает, какую португальскую безделушку, пропитанную морем, она может носить при себе? И поверьте, такая безделушка непременно найдется, как только Педру почувствует угрозу.

Вознесенский уже открывший дверь кабинета, замер на пороге.

— Тогда зачем позволили отозвать бумаги? Неужели надеялись, что на эмоциях он расскажет вам о своих мотивах.

— О, поверьте, он рассказал достаточно. По крайней мере, отделаемся от его шпиона на какое-то время. А Вера…

В этот момент по коридору разнесся удивленный возглас. Проректор выглянул в коридор и покачал головой:

— Очень говорящая реакция.

— Зато теперь вы можете быть уверены, что между ними не было ничего, выходящего за рамки, — хмыкнул Меньшов.

— Да. До этого момента, ваше высокопревосходительство. До этого момента…