Первая волна орков, самые крупные и свирепые воины, с рёвом врезалась в наш авангард.

Звук удара был похож на грохот обрушившейся скалы. Десятки тяжёлых тел, ведомые слепой яростью, на полной скорости столкнулись со стеной щитов. Они ожидали, что их натиск проломит строй, что щиты треснут, а люди (среди которых очень много и не-людей), стоящие за ними, пошатнутся и побегут.

Но стена не поддалась, она кое-где прогнулась, но тут же отшвырнула орков назад. Тех, кто не познакомился с гномьей сталью наконечников штатгальских копий.

Солдаты Первого полка приняли удар как единый монолит. Тяжёлые и сильные, откормленные на казённых харчах, накачанные от бесконечных тренировок, которые сочетались с отдыхом и высокобелковым питанием, воины создали устойчивое основание.

Собственно, мы тренировались этому ещё со времён, когда я набрал первых рекрутов в Принстаунской каторжной тюрьме. Построение, удар, построение, удар. Держать строй, держать удар. Разгоняться, врезаясь в толпу товарищей (бывшим каторжникам это казалось забавным развлечением), а потом меняться местами и держать удар от них же. Когда ты проделываешь это сотни и сотни раз, причём не только на вытоптанных площадках, но и на болотах против жаждущих тебя сожрать скелетов, навык нарабатывается ого-го.

Бойцы, сцепив щиты, распределили кинетическую энергию удара по всему строю.

Это было столкновение двух философий. Дикая, неконтролируемая ярость против холодной, выверенной дисциплины.

Дисциплина и система победили.

Орки, вместо того чтобы прорваться, отлетели от стены щитов, как мячи. Их инерция, их главное оружие, сыграла против них. Они падали, теряли равновесие, натыкались на своих же товарищей, бегущих следом, создавая хаос, но только за пределами щитов.

В их глазах ярость на мгновение сменилась полным недоумением. Они никогда не сталкивались с таким построением, такими щитами, такой подготовкой.

Их опыт учил, что крики и натиск сметают всё на своем пути. А здесь они врезались в стену.

В этот момент я применил магический бафф, придав сил, стряхнув усталость, восстановив выносливость, сделав движения бойцов Первого полка, Первого батальона Второго полка под командованием Новака и разведчиков Орофина (которые притаились сейчас среди стволов леса) резкими и ловкими.

— Держать строй! — раздался над полем боя рык Хайцгруга. Его голос, усиленный магией Фомира, был слышен каждому солдату в авангарде.

Строй не просто держался, он тут же начал огрызаться по оркам.

Через щели между щитами, словно жала гигантских скорпионов, били копья. Это, опять-таки, тактика фалангитов. Не каноничных, у тех должны быть длинные копья, но вполне себе действенных. Короткие, точные, выверенные удары, нацеленные в незащищенные лица, шеи и плечи орков, которые ещё не успели прийти в себя после столкновения.

Работа. Сражение — это работа, причём, тяжёлая. От строя Первого полка даже поднимался лёгкий пар.

Под броней бугрились мускулы, лица людей, как и лица орков были оскалены, зубы сжаты, глаза прищурены, а тела работали. Методично. Хладнокровно. Эффективно.

Атака, которая должна была стать триумфом орочьей ярости, захлебнулась в первые же десять секунд. Орки увязли. Их натиск разбился о скалу, и теперь те, кто бежали позади, толкали передние ряды на копья. Падали сами, оставляя на камнях кровавую пену, создавая завалы из тел, мешая друг друга.

Фаза «принять удар» была выполнена. Пора было переходить к следующей.

Пока середина колонны выстраивалась в оборонительные ромбы, я спокойно наблюдал, как организованный отряд орков, воюющих, кстати, в своей родной стихии, превращается в дезориентированную толпу. Их боевой порядок рассыпался. Передние ряды, отброшенные от стены щитов, мешали задним, создавая давку.

Их яростный рёв сменился растерянными криками и стонами раненых.

Магический щит магов Фомира погас. «Щит» закрывал только от стрел и прочих летящих предметов, но не от ближнего боя. Маги не могли держать его долго, но орки-стрелки уже прекратили обстрел, чтобы не накрыть своих же.

После некоторых колебаний лучники-орки сменили луки на кривые мечи и лёгкие топоры и кинулись в атаку, чтобы помочь своим.

Я видел через Рой, как вождь в шлеме с медвежьим черепом, стоявший позади атакующей волны, пытается навести порядок. Он ревел, толкал своих воинов вперёд, но его никто не слушал. Паника уже начала свою разрушительную работу.

Некоторые орки пытались отступить, но не могли, им мешали свои же.

— Мурранг! — мой голос прозвучал спокойно, но весомо. — Давай движение вперёд.