– Ах, моя дорогая! – воскликнула миссис Прайер, стискивая руки.

Каролина внимательно взглянула в лицо своей спутнице: на нем отражалось волнение.

– Милая моя, – пробормотала миссис Прайер. – Жизнь так обманчива!

– Но не любовь! Любовь существует, это самое настоящее, прочное, сладостное и одновременно самое горькое из всего, что мы знаем.

– Да, милая, любовь горька. Говорят, что она сильна, как смерть! Большинство наших заблуждений сильны. Что же до ее сладости, то нет ничего более мимолетного и преходящего, чем сладость любви. Она длится лишь мгновение: моргнешь, и нет ее! Зато горечь остается навсегда. Она может исчезнуть с наступлением вечности, но будет мучить и терзать тебя, пока длится время, погрузив твою жизнь в беспросветный мрак.

– Да, эти терзания непрерывны, – согласилась Каролина. – Если только любовь не взаимна.

– Взаимная любовь! Дорогая, на вас пагубно влияют романы. Надеюсь, вы их не читаете?

– Иногда, если попадаются под руку. Однако сочинители романов, похоже, ничего не знают о любви, если судить по тому, как они о ней пишут.

– Вообще ничего! – горячо подхватила миссис Прайер. – Ни о любви, ни о семейной жизни! То, что они изображают в своих произведениях, не имеет ничего общего с реальностью и заслуживает сурового порицания. Они показывают лишь соблазнительно-зеленую поверхность болота и ни единым правдивым словом не упоминают о таящейся под ней трясине.

– Но любовь не всегда трясина! – возразила мисс Хелстоун. – Есть ведь и счастливые браки! Когда люди испытывают искреннюю приязнь друг к другу, когда их взгляды и чувства гармонично сочетаются, брак должен быть счастливым!

– Он никогда не бывает полностью счастливым. Двое людей не могут слиться в единое целое. Наверное, при определенных, весьма редких, обстоятельствах нечто подобное и может произойти, но лучше не рисковать, чтобы не совершить роковой ошибки. Довольствуйтесь тем, что имеете, дорогая. Пусть каждый одинокий человек удовлетворится своей свободой.

– Вы повторяете слова моего дяди! Говорите как миссис Йорк в самые мрачные минуты своей жизни или как мисс Манн, когда на нее находит беспросветная хандра. Это ужасно!

– Нет, это правда. Дитя мое, сейчас вы переживаете прекрасное утро жизни; изнурительный знойный полдень, печальный вечер и темная ночь для вас пока не наступили. Вы сказали, что мистер Хелстоун говорит так же, как и я, но что бы сказала миссис Мэтьюсон Хелстоун, будь она жива? Она умерла! Увы, она умерла!

– А мои отец и мать! – воскликнула Каролина, потрясенная печальными воспоминаниями.

– Что с ними случилось?

– Разве я не говорила вам, что они расстались?

– Я слышала об этом.

– Похоже, они были очень несчастны.

– Видите, все факты подтверждают мои слова.

– В таком случае брак вообще не должен существовать.

– Должен, моя милая, хотя бы для того, чтобы доказать: наша жизнь полна испытаний, и в ней нет ни отдыха, ни вознаграждения.

– А как же ваш брак, миссис Прайер?

Она вздрогнула и сжалась, словно кто-то грубой рукой задел ее обнаженные нервы. Каролина поняла, что затронула нечто такое, о чем вообще не следовало упоминать.

– Мое замужество было несчастливым, – произнесла наконец миссис Прайер. – И все же…

– И все же оно оказалось не столь ужасным?

– По крайней мере, не его последствия. Бог добавляет бальзам милосердия даже в чашу, полную жгучей скорби. Он может так повернуть ход событий, что необдуманный и поспешный поступок, отравивший половину вашей жизни, вдруг станет ее благословением. Знаю, характер у меня своеобразный, не покладистый, не гибкий и порой взбалмошный. Мне не следовало выходить замуж. Таким, как я, сложно найти родственную душу, а еще труднее приспособиться к несхожей. Я сознавала, что не создана для семейной жизни, и никогда бы не вышла замуж, не будь я столь несчастной, пока служила гувернанткой. Кроме того…

Взгляд Каролины просил миссис Прайер продолжать, умолял развеять густое облако отчаяния, которым окутали жизнь ее предыдущие слова.

– Кроме того, мистер… то есть джентльмен, за которого я вышла замуж, был не обычным человеком, а скорее исключением из правил. Во всяком случае, я надеюсь, что мало кому довелось перенести столько тяжких страданий, сколько выпало на мою долю. Эти страдания едва не свели меня с ума. Надежды на избавление не было, и я думала, что больше никогда не стану такой, как прежде. Впрочем, моя дорогая, у меня нет желания вас разочаровывать, я хочу лишь предупредить вас и доказать, что одиноким людям не следует настойчиво стремиться изменить свою жизнь, поскольку она может измениться к худшему.

– Благодарю вас за добрые намерения, но мне не грозит совершить ошибку, о которой вы упомянули. У меня нет мыслей о замужестве, потому-то я и хочу поступить на службу, чтобы обеспечить свое существование.

– Выслушайте меня, моя дорогая. Я хорошо обдумала то, что собираюсь вам сказать. Собственно, я постоянно возвращалась в мыслях к этой теме с тех пор, как вы сообщили, что желаете найти место гувернантки. Как вы знаете, сейчас я живу в доме мисс Килдар на правах компаньонки. Если она выйдет замуж – а это непременно случится, и, судя по всему, довольно скоро, – компаньонка ей будет не нужна. У меня есть небольшой капитал, сложившийся частично из моих собственных сбережений, а частично из наследства, какое я получила несколько лет назад. Когда я покину Филдхед, то буду жить в собственном доме, однако мне совершенно не хочется жить одной. У меня нет родственников, с кем я могла бы разделить одиночество, а мои привычки и вкусы, как я уже упоминала, весьма своеобразны. Стоит ли говорить, моя милая, что я привязалась к вам и рядом с вами чувствую себя счастливее, чем с кем бы то ни было?