— А-а-а! — завопили от ужаса с десяток наемников.

На «лице» тролля в свете выходящей луны сияли клыки. Он наслаждался ситуацией и тут же прикончил наемника, который смог убежать дальше всех. Отпускать людей тролль не собирался.

— Отстань от меня, тварь! — провизжал наемник по прозвищу Огниво. Наотмашь он ударил мечом, и металл отскочил от шкуры тролля, как от камня.

Копье вошло наемнику в живот. Тролль сделал несколько больших шагов и нанизал на свое оружие еще двух бойцов сразу.

От отчаяния наемники бросились на врага. Копья не могли пробить шкуру, они просто гнулись и соскальзывали с тролля, мечи не резали и даже дубины не могли ничего сделать. Тролль был неуязвимым — и он явно упивался этим. Его копье убивало наемников одного за другим, огромная черная фигура носилась по лесу, обрывая крики ужаса неизбежной смертью.

Это были его охотничьи угодья. Никто не мог уйти отсюда живым. Тролль стоял к Хугбранду спиной, собираясь убить очередного наемника, когда бывший дружинник шагнул вперед и прокричал на дётском:

— Я, Хугбранд, сын Хугвальда и потомок Хугни, вызываю тебя на бой!

Всего лишь попытка придать себе храбрости и заодно отвлечь тролля, но это сработало. Тролль остановился и повернулся к Хугбранду.

«Хугни, я прошу тебя о холодном уме и твердой руке. Не оставь меня, плоть от плоти тебя, дабы я поверг врага своего и вознес хвалу роду нашему», — взывал к предку дёт. Сначала он сделал один шаг, потом еще один — и рванул в сторону тролля.

— Хор-р! — прокричал Хугбранд дётский призыв к бою.

Больше не было бойца Брандо. Хугбранд стал тем, кем и должен был быть — дётским дружинником. Казалось, что тролль стоит неподвижно, ожидая действий Хугбранда, но когда человек приблизился, существо из саг резко ударило копьем.

Хугбранд ждал атаку и нырнул в сторону, чтобы бросить щит в морду тролля. От ударов великана щит защитить не мог, Хугбранд ослабил ремни — и сразу избавился от щита, перекрыл обзор врагу и ударил копьем.

Но на пути к телу тролля появилась его ладонь. Острие копья уперлось в шерсть и съехало в сторону, едва не сломавшись. Хугбранд скользнул в сторону, по снегу, заходя троллю за спину. Великан резко развернулся с небывалой для его размеров прытью. Копье нырнуло в снег и вынырнуло из него прямо перед Хугбрандом, едва не угодив в лицо — в последнее мгновение дёт отклонил тело назад.

Враг не давал поблажек. Тролль хитрил, использовал трюки — и от этого боевые инстинкты Хугбранда становились только острее. Дёт перестал слышать что-либо вокруг, он будто спустился в колодец, где звуки отражались и звучали неправильно. В свободной руке уже лежала рукоять топора, Хугбранд сделал шаг назад — и ладонь тролля едва не раздробила ему голову. Дёт ударил топором, оружие отскочило от шкуры, а копье нацелилось в глаз троллю. Но великан резко ударил головой, будто молотом, лбом ломая копье.

Топор перекочевал в правую ладонь. Хугбранд рубил, его оружие не могло пробить шкуру врага. А тролль колол своим копьем и бил рукой, пытаясь прихлопнуть назойливую муху. От атак Хугбранд уходил едва-едва, в самый последний момент, снег вздымался от мощных взмахов тролля, окутывая сражение снегопадом.

«Вот оно», — подумал Хугбранд. Его топор коротким, отрывистым движением вошел в тело тролля, оставляя на нем рану. Вся наука отца и дружинников сосредоточилась в этом ударе — таком сильном и точном, что даже удалось пробить косматую шкуру. Но уже через секунду рана затянулась, а Хугбранд запоздало понял, что не успевает увернуться от ноги врага.

Удар запустил дёта, как снаряд баллисты. Тело Хугбранда пропахало в снеге борозду, а полет закончился столкновением головы и толстого, векового дерева. Дёт попытался встать и не смог: грудь сковала адская боль, а мир плыл и менялся — даже троллей перед Хугбрандом стояло два.

— Давно я не слышал языка своей родины, — на чистом дётском заговорил великан. — Ты храбро сражался для своего вида. Я повеселился. Мшистый Пень дарит тебе жизнь.

Тролль побрел вглубь леса, а Хугбранд шокировано протянул ему руку вслед. Дёта поразило не то, что он выжил, и не то, что тролль заговорил с ним на дётском. По-настоящему Хугбранда поразило имя врага — Мшистый Пень, ведь так звали легендарного тролля, с которым сразился сам Хугни, основатель рода Хугбранда.

— Брандо! Ты живой?! — подбежал не пойми откуда взявшийся Дитрих.

— Думал, первыми убежите куда подальше, — прохрипел Хугбранд.

— Какой смысл? Он бы всех догнал. Собирался помочь, — ответил барон, и в его голосе Хугбранд услышал искренность. Дитрих был уверен, что сможет помочь в бою с троллем.

Подошел Армин-Апэн. Он не убежал далеко.

— Хараф, — удивленно сказал блондин, глядя троллю вслед. Хугбранд понимал его. Дёт слышал немало саг про троллей, но чтобы эти существа все еще ходили по лесам и горам? В такое сложно было поверить.