Наемники возвращались. Пары человек недосчитались, убежали далеко. Больше десяти потеряли в бою с троллем. Оставаться в лесу никто не собирался, Хуго и Армин взяли дёта под руки — и «Стальные братья» скопом пошли в сторону, противоположную той, куда отправился тролль.

Под утро уставшие и голодные наемники вышли из леса. В ста метрах виднелся лагерь, обнесенный частоколом. Ворот не было, их даже не стали делать. Над частоколом развевался флаг Лефкии, а с того места, где стояли наемники, весь лагерь был как на ладони.

Лефкийцев было человек двадцать. И они как раз готовили завтрак. В полной тишине «Стальные братья» достали оружие и двинулись к вражескому лагерю.

У лефкийцев не было шансов. Переход через горы, голод, холод, сотни умерших товарищей, даже встреча с троллем — после всех невзгод «Стальные братья» перестали бояться сражений и смерти. Они еще могли стать нормальными людьми, но сейчас наемники лишились всего, что сковывало их с прошлой жизнью. Умереть было так просто, что «Стальные братья» перестали придавать этому всякий смысл.

А тот, кто не боится умереть и не прочь убить, превращается в грозного воина.

— Мы никого не потеряли, — задумчиво сказал Армин-Апэн, вытирая кровь с копья.

Пять легкораненых — вот и все потери. Наемники набросились на ужин своих убитых врагов, забрали весь провиант и все ценное, что могли унести. Хугбранд снова взял копье, чтобы опираться на него.

Через час наемники ушли, оставляя за собой лагерь, полный трупов. Дитрих сказал, что знает, где сейчас они — и уверенно повел «Стальных братьев» через лес. Горы становились все дальше, а уже через три дня наемники оказались на территории Лиги.

На «Стальных братьев» смотрели с любопытством — видок был еще тот. Еще день ушел на то, чтобы добраться до города — им оказался Голубиный Собор.

— А нормальное название есть, умник? — спросил Хуго.

— Я тебе не умник. Не знаю, он даже на картах Голубиный Собор, — пожал плечами Армин-Апэн.

— Там собор?

— А ты догадливый, — хмыкнул блондин. — Единственная достопримечательность.

У ворот наемников остановили.

— Кто такие? — спросил стражник, беря копье на изготовку.

— Барон Дитрих Канбергский, — гордо заявил командир, шагнув вперед. Из-под одежды он достал печать и едва не ткнул ею в лицо привратнику.

— Проходите, — немного нерешительно сказал стражник. Стоило проверить отряд лучше, но кто захочет ссориться со знатью?

Взгляды наемников уперлись в Дитриха. Они были в безопасности — в городе на территории Лиги. Про контракт можно было забыть, и хотели люди только одного — денег.

— Сейчас, — кивнул барон с улыбкой. — Дитрих Канбергский всегда выплачивает долги.

Барон отправился в гильдию Фибалет — главную ростовщическую гильдию Лиги, а вернулся Дитрих уже с мешком денег.

— По очереди, — сразу сказал Брюнет, телохранитель барона.

Дитрих платил щедро. Сначала он отдал долги за все дни, а потом добавил сверху вдвое больше. «За храбрость и пройденные испытания», — сказал Дитрих, и наемники лишь покачали головами. Они это заслужили.

— Больше никогда, — сказал Хуго, глядя то на деньги, то на мостовую.

— Никогда, — согласились с ним остальные.

Они выжили лишь чудом. Смерть ходила так рядом, что люди до сих пор не могли поверить в спасение. Пойти после такого в наемники за жалкие десять медных в день? Никто этого не хотел. Бывшие «Стальные братья» хотели только одного — залиться вином и забыться в объятиях шлюх, а потом вернуться по домам.

У двухэтажного торгового дома выловили грузчиков, к которым наемники подошли с самым главным вопросом:

— Где бордель?

— О, бордель у нас отличный, лучший в макрграфстве, — подняв палец, ответил грузчик. — Я не отсюда, но как в местном борделе побывал, так здесь и остался. Вот, грузчиком работаю…

— Да где он, черт тебя дери?! — вспылил Хуго. — Ты на нас посмотри, мы женщин знаешь сколько не видели? Не доводи до греха!

— До какого? — икнул грузчик.

— А это тебе лучше не знать, — хищно усмехнулся Хуго.

— По третьей улице направо, синий трехэтажный дом, не перепутаете! — протараторил грузчик, схватил мешок и нырнул в торговый дом.

Наемники сразу отправились в путь.

— Брандо, а ты? — удивленно спросил Хуго.

— Ребра, — ответил Хугбранд. — Схожу в храм.