Нет, не сожрать. А загнать в удобное место. Я снова посмотрел на окутанную мглой вершину. Твари вовсе не хотели убить нас, у них была иная задача — заставить подниматься по проклятым ступеням, прямиком на обед к их хозяевам.

Осознание этого мелькнуло в голове, заставив скрипнуть зубами. Следовало оставаться внизу, пока мы там, окружающая реальность имела четкие очертания, но стоило удалиться, как все превратилось в ничто.

— Но если не наверх и не вниз, то куда? — Кассия посмотрела на меня, ожидая ответа.

На лице рыжей нет страха, только невообразимая усталость. Похоже не только на меня тлетворно влияла окружающая реальность, высасывая жизненные силы, делая слабым и покорным судьбе.

Нас вели на убой и понимание этого вызвало ярость. По моим губам скользнула мрачная усмешка. Не сегодня, не здесь и не сейчас. И уж точно не при таких обстоятельствах. Стать пищей для инфернальной погани, заявившейся сюда словно на обед, определенно не входило в мои ближайшие планы.

Я снова взглянул наверх, затем вниз, а потом туда, куда ни я, ни рыжая до этого не смотрели — на склон холма, по которому шли ступени.

Типичная ловушка сознания, если лестница, то значит только вверх или вниз, выход посередине не предусмотрен, так работает человеческий разум, не желая замечать очевидного.

— Туда, — я кивнул на склон за пределами каменных ступеней.

Кассия недоуменно нахмурилась.

— Туда?! Но там же ничего нет!

— В этом и смысл.

Ашкаи давно могли нас обогнать по склону и атаковать с боков, заставляя добычу быстрее двигаться к вершине, но они этого не делали. Почему? Ответ мог быть только один — они не могли. Что-то держало их в пределах лестницы, не давая выйти за ее пределы, держа в строго ограниченных рамках.

Потому что все здесь не то, чем кажется на первый взгляд. Лестница и лестница вовсе, а ступени не ступени. Это путь наверх, как символ восхождения к Храму. Именно этому подчиненны местные законы. Но законы можно нарушить, а символы обойти, и сделать внезапный ход, выходящий за привычные границы.

— Границы, ведущие обратно, — тихо проронил я, с внезапной ясностью осознавая, что именно нужно делать, чтобы уйти из этого места.

Дело в не том, чтобы сойти с лестницы, а в нарушении хода привычного порядка вещей. Тысячи лет здесь стоит Храм Всех Темных Богов и тысячи лет, сумевшие найти путь сюда, поднимались по этим ступеням. Потому что они пришли именно для того, чтобы взойти на вершину и пообщаться с обитателями Нижних Миров. Они не знали других путей, потому что появились здесь с одной единственной целью.

Но мы оказались здесь случайно и значит нам не нужно проходить тем же путем. Больше того, изменив привычный ход вещей, мы нарушим целостность этого места, и оно больше не сможет держать внутри себя нарушителей такого спокойствия. Мы станем словно неучтенный фактор и Храм постарается от нас избавиться, как организм избавляется от заразы, пытаясь вернуться к привычному состоянию здоровья.

Все это промелькнуло в голове с быстротой молнии. Теперь я точно знал, что и как делать.

— Туда, — повторил я, указав за пределы ступеней.

— Но там же мрак, как и внизу, — попыталась возразить Кассия.

Но я ее не слушал, вместо этого схватил девчонку за плечо и швырнул со всей силы через бортик, служащий обозначением границ лестницы.

Внизу взвыли тысячи глоток, ашкаи поняли, что добыча ускользает и больше не обращая внимание на очередность полноводной волной хлынули вверх, затопляя мерзкими телам каменные ступени. Именно вид огромного числа зубастых монстров волной, поднимающейся по лестнице, стало последним, что я увидел, прежде чем прыгнуть вслед за Кассией через бортик.

И мир изменился, окружающая реальность дрогнула, пошла изломанными линиями. Верх и низ поменялись местами. Холм, побитые каменные ступени, монстры, все исчезло, остались лишь брызнувшие во все стороны осколки разбитого мироздания.

Это напоминало ощущение падение, но странное, не вниз, а вперед. Перед глазами в беспорядке крутилось, тело ломало, будто попавшее в бешенный водоворот. Не знаю сколько это длилось, но закончилось внезапно, резким скачком. Я осознал себя лежащим на твердой земле.

В нос ударил запах свежей травы, глаза ослепило зависшее в бездонном голубом небо яркое солнце. Свет заставил на секунду зажмуриться, но затем поднять веки вновь. Внезапный переход от плотного сумрака и полутьмы в яркий солнечный день оказался резким.

Получилось, черт возьми, получилось!

Рядом застонала Кассия, выглядела рыжая не очень. Она уселась и посмотрела на меня.

— Так значит вот, что значит путешествовать с чародеем. Неудивительно, что твой приятель-воин постоянно хмурый. От такого у кого угодно испортиться настроение, — она потрогала свой бок и пожаловалась: — Кажется я сломала ребро.