До окончания пары оставалось ещё десять минут, а следующая лекция должна быть в другой аудитории, поэтому я попрощался с Фишлером и сразу пошёл туда. Заметил в коридоре сидящих на лавочке двух мужчин в неброской одежде. По возрасту в студенты не годятся, а по крепкому телосложению их можно отнести к охранникам какого-нибудь великородного студента. Как я говорил, таких в университете хватало.

Я предусмотрительно сел подальше от них, и чтобы скоротать время, решил почитать последние новости Уральска. Как и ожидалось, большой ажиотаж вызвало возвращение похищенных девушек. Журналисты вовсю упражнялись в аналитических способностях, выдвигая версии, как такое могло произойти, и кто этот рыцарь-невидимка, героически спасший несчастных барышень, уже потерявших надежду вернуться к родителям. Отметил, что о роли Мустафы Хабирова в криминальных делах никто даже строчки не написал. Может, это и хорошо. Старейшина сейчас, наверное, просчитывает последствия исчезновения Нарбека. Мстить за контрабандиста никто не станет. Самому Мустафе не нужно поднимать шум, да и втихую у него не получится искать тех, кто слил информацию про маршрут Нарбека. Сейчас полиция озверела от нападок на них, будет купировать любую проблему с той жёсткостью, которая и нужна для наведения порядка.

Оставалось надеяться, что девчонки не разболтают лишнего. Слишком много они увидели в трюме «Карлыгача».

Я отвлёкся от чтения новостных лент только когда пронзительно зазвенел звонок. Один за другим из аудиторий стали выходить преподаватели, а потом коридор заполнился студентами.

— Михаил? — возле меня остановилась Алла, за которой маячили те самые мужчины с непроницаемыми лицами. — Не меня ли вы ждёте?

А сама с лёгкой, почти неуловимой улыбкой на губах, смотрела на меня, как бы невзначай протягивая руку. Я поднялся на ноги, склонился к её тонким холёным пальчикам, чтобы обозначить поцелуй. Уловил тонкий запах дорогого парфюма, и довольно приятного.

Университетская форма — юбка уставной длины, белая блузка и жакет со значком четверокурсника на груди — очень шла Ростоцкой. Обольстительная красотка в стенах учебного заведения мгновенно преображалась в милую и скромную студентку.

— Алла Германовна, вы, как всегда, восхитительны, — дежурный комплимент девушке, тем не менее, понравился. — К сожалению, пока не могу уделить вам своё внимание. В этой аудитории сейчас будет лекция для нашей группы.

— Тогда почему бы просто не поговорить? — Алла кивнула телохранителям, чтобы те расслабились, а сама тут же пристроилась рядом. — Как прошла твоя встреча с господином Галкиным?

— Средне, — я покрутил пальцами в воздухе, словно не мог подобрать правильных слов.

— Средне? — рассмеялась девушка. — Что это означает? Вроде «да» и вроде «нет»? Судя по оживлению в Уральске, его помощь оказалась существенной. Это же ты?

Нетрудно понять смысл вопроса. Но я сделал удивлённое лицо.

— О чём это ты?

— Конспирация, да… — кивнула, улыбаясь, Алла и вдруг накрыла мою руку тёплой ладошкой. — Ты герой, Миша. Я не верила, что для несчастных девушек всё закончится хорошо. Рада, что ошиблась в рассуждениях. Не буду больше задавать вопросов по этой теме. Всё понимаю… Кстати, сегодня утром господин Галкин заезжал в гости. Знаешь, что он сказал мне?

Я пожал плечами, давая право Алле самой решить, нужно ли раскрывать детали её разговора с Басаврюком.

— «Передай лично Дружинину, чтобы он не волновался. Все вопросы со следователями решены», — как по писаному отчеканила Ростоцкая, но тихо, чтобы лишние уши не уловили суть разговора. А таких хватало. У яркой девушки Аллы поклонников хватало. Вон, стоят в сторонке, зубами скрежещут.

А тут ещё и Маринка Турчанинова с подругами подтянулась к аудитории. Конечно же, заметила нас, мило беседующих на лавочке. Раздула ноздри от возмущения и обиды, но сдержалась и не стала закатывать скандал. Я лишь покосился на неё с видом человека, занятого важным разговором. Впрочем, так и было. Меня интересовало лишь одно: за какие ещё ниточки может дёргать Басаврюк. Да, он представитель канцлера Шуйского, наделённый неведомыми мне полномочиями… И всё же он простолюдин, не более того. Вот эта загадка и не давала покоя.

— Давай, где-нибудь встретимся, по-дружески поболтаем, кофе попьём? — предложила Алла. — Не требую мгновенного ответа. Ты можешь мне позвонить, если захочешь принять предложение… Всё, я пошла! Иначе твоя подружка меня разорвёт!

Она улыбнулась и гибко поднялась на ноги. Её свита тут же сомкнула дружные ряды, а охранники, смерив меня изучающим взглядом, переместились поближе к подопечной.

Марина, к моему облегчению, не стала устраивать сценку с ревностью. Она даже улыбнулась, когда я подошёл к ней.

— Тебя уже опросили? — спросила Турчанинова, подхватив меня под руку и утащив к окну. — Всё нормально прошло?

— Да, всего лишь формальность, — отмахнулся я. — Так бывает. Стоит помочь людям, ты уже сразу становишься объектом для подозрений.

— А Ваню ты видел? — встревоженно спросила Рита, подойдя следом.

— Он у другого следователя, — я успокаивающе кивнул девушке. — Не переживай, никаких проблем нет. Мы же вместе были, а значит, обвинять нас не за что.

В это время зазвонил телефон. Извинившись, я отошёл в сторону, приложив мобильник к уху.

— Мишка, я в Уральске, — не тратя время на лишние разговоры, деловито проговорил отец. — Как только закончатся занятия, подъезжай к гостинице «Магнолия» на Большой Садовой. Обсудим предложение Шуйского. Я снял номер на сутки. Номер 201.

Надо же, батя лично приехал ко мне. Неужели всё настолько сложно, что он не доверился разговору по телефону? Зная старшего Дружинина, я оценил его жест. Всё самое важное он предпочитал говорить лицом к лицу с человеком.

— Когда тебя ожидать, хотя бы приблизительно?