— Что? — спросил Каллен.

— Здесь слишком много патрулей, чтобы мы могли просто так пройти. — Оливин говорил так, будто Дюко был в чем-то не прав. — К тому же ворота закрыты.

— Мы пройдём через стену, — сказал Дюко Эйре, — так же, как мы сбежали от них из Деревни чемпионов.

— А-а-а. — Эта идея была ярче приближающегося рассвета. — Но тогда у нас было…

— Неподалеку есть здание, которое стоит вплотную к стене. Мы проберёмся между зданиями, вне поля зрения патрулей, к такому узкому проходу, что никому и в голову не придет туда заглянуть. — Дюко указал на Элис. — Мы с ней прикроем все следы, и никто ничего не заметит.

— А что насчет людей внутри зданий? — Вопрос Каллена был поспешным. Все они знали, что у них не так много времени, чтобы стоять и спорить.

— Мы будем осторожны. Ты хорошо чувствуешь людей, Каллен, а магия Эйры и Оливина будет свободна для иллюзий, пока мы с Элис будем вести нас. — Дюко пожал плечами. Это был не самый убедительный ответ, но он был честным.

— У нас нет времени придумывать план получше, — пробормотала Эйра. Затем, уже более уверенно: — Ладно, давай сделаем это.

Все они утвердительно закивали.

— Веди, — сказала Элис Дюко.

Он сделал шаг в сторону здания и прижался к стене, направляясь к задней части дома. Наконец он остановился и кивнул, указывая на камень. Элис была там, она разбирала кладку из кирпича и раствора. Это было похоже на шорох песка на пляже под ногами.

Дюко шагнул внутрь и слегка помахал рукой. Остальные последовали за ним в некое подобие черного хода, ведущего в другой переулок. Взмахнув руками, словно вращаясь на невидимом ткацком станке, Элис возвела стену на место.

Эйра подошла к двери и отперла её, выглянув в переулок. Оттуда была видна стена, но патрулей пока не было.

— Быстрее.

Они последовали за ней через заднюю дверь, и Элис закрыла её так тихо, что не было слышно ни звука. На цыпочках они побежали в тупик переулка, когда в поле их зрения появился ещё один патруль. Прижавшись спиной к холодному камню и тяжело дыша, они стали ждать, прислушиваясь.

Тревога не поднималась.

Дюко и Элис повторили свой путь и оказались в роскошной гостиной. Над камином висел портрет Ульварта, обращённый лицом к ослепительно яркому солнцу. На вычурной раме были вырезаны слова:

«Доверься её Избранному».

— Фу. — Эйру чуть не вырвало.

Элис пошевелила пальцами, и резное дерево перед глазами Эйры пришло в движение. Буквы утонули в раме. Появились новые. Теперь надпись гласила:

«Лжец. Еретик. Фальшивый избранный».

Элис пожала плечами и с кривой ухмылкой посмотрела Эйре в глаза.

— Может, они решат, что это знак от Ярген, и прислушаются?

Эйра открыла рот, чтобы попросить Элис вернуть всё как было (слишком велик был риск), но Дюко постучал по стене справа от камина. Возможно, это был знак от Ярген, что у них нет шанса вернуть всё как было. Богиня действовала таинственным образом.

Элис пошла открывать другую стену, Эйра последовала за ней.

— Так будет лучше, — сказал Каллен.

— Жаль, что мы не можем его сжечь, — пробормотал Оливин.

Эйра поймала себя на том, что согласна с ними обоими.

В предрассветные часы они скользили по комнатам и стенам, принадлежавшим самым преданным Ульварту людям. Невидимые. Их присутствие ощущалось по едва заметным изменениям, которые Элис, казалось, спешила внести, пока Дюко указывал ей следующее направление.

Сначала была рама. Затем мраморная скульптура Ульварта, стоящего на фоне солнца, превратилась в его изображение, объятое пламенем. Затем вокруг него развернулся гобелен, и его сотканное из нитей тело растеклось по полу.

Эйра понимала, что не стоит ожидать чего-то особенного, но эти маленькие бунтарские выходки, когда они в остальном были так осторожны, приносили ей радость. И какая-то её часть, в чём она никогда бы не призналась, втайне надеялась, что горожане, которым принадлежали эти гобелены, действительно воспримут это как знак Ярген. Что, когда Ульварт падёт, его имя будет запятнано позором, а память о нём будет жить лишь в клевете.

Они остановились в гостиной, где Дюко трижды провёл рукой по стене, прежде чем повернуться к Элис.

— Думаю, дошли, стена должна быть прямо за ней.

Элис подошла к стене и положила руку на половицы, закрыв глаза.

— Похоже на то, — наконец согласилась она, глядя на Эйру.

— Пусть проём будет низким и узким. Даже если мы будем всего в ладони от стены, я не хочу рисковать и давать патрулю повод задержаться и что-то заподозрить, — проинструктировала Эйра.

Каждое её решение и каждое данное ею указание были связаны с воспоминаниями о Ноэль. Была бы Ноэль жива, если бы Эйра проявила больше решительности, когда у неё был шанс? Эйра загнала чувство вины обратно, позволив этому монстру расхаживать по клетке. Он навсегда поселился в её мыслях, время от времени вырываясь наружу, но она не могла дать ему волю. Так совершались ошибки. А ещё больше ошибок приведёт к гибели её друзей.