Шрифт:
Княжич погрузил руку по локоть. Ниже.
И пальцы ухватили что-то мягкое, нежное. Драгорад полностью погрузил руки в воду, наматывая на кулак странную ткань и потянул резко вверх.
Что-то тяжёлое.
Первым на поверхности оказались светлые волосы, а затем и лицо.
Женщина сделала жадный вздох, но как только Драгорад отпустил руку, её голова тут же скрылась под водой.
Он вновь сжал её волосы, вытаскивая лицо, наблюдая, как она жадно дышит, и не понимая, что происходит. Почему здесь женщина? Что она вообще делает в воде?
Чертыхнувшись в сердцах, он вытащил девицу на лёд. Лёжа на боку, она откашлялась водой, жадно вдохнула и, трясясь, обняла себя за плечи, свернувшись в калачик и с каким-то скулением зарыдала.
Торхов в растерянности смотрел на незнакомку в страной одежде, что казалось, полностью игнорировала его присутствие. Что-то было не так. Боги не посылают человека, боги посылают атрибут и он никогда не является в виде женщины.
Дара в реке он больше не чувствовал.
Драгорад резким движением выхватил меч из ножен и прижал остриё к её горлу.
— Кто такая? — яростно воскликнул Торхов, пытаясь понять, что случилось и где его дар.
Девушка всхлипнула, посмотрела на него заплаканными глазами, будто не замечая у шеи меч.
— Помогите, пожалуйста, вызовите скорую. Я не знаю, что случилось, — она шмыгнула носом, вновь всхлипнула, — Мне нужна тёплая одежда, а то я заболею, вдруг у меня будет пневмония? Вызовите скорую!
Драгорад растерялся ещё сильнее, говорила девица странно, словно путала слова, произносила что-то непонятное, никак заговор какой шептала. И страшная догадка впилась в его сердце.
— Навка, — понял он, убирая меч обратно. Почему на его голову выпала такая беда?
Ежели кто узнает — засмеют. У княжича навка дар украла. Хотелось расправиться с ней здесь же, а вдруг он тогда дар потеряет? А дар ему как воздух необходим.
Княжич подхватил блондинку за её странную тунику, ноги бесстыже были облачены в срамные узкие штаны, а на ногах была странная обувь, Драгорад впервые такую видел.
Ну ничего, он разберётся с этой нечистью и вернёт себе дар богов, что она украла, даже если ему придётся для этого вспороть ей брюхо. С нечистью разговор всегда короткий.
Глава 3.
Злату трясло, она чувствовала, что её тело охватил жар, разум пылал. Помимо того что она чуть не утонула в ледяной воде, этот придурок на коне ещё пол часа вёз её в мокрой одежде и на любые попытки заговорить с ним обещал отрезать язык.
Злата не знала, что это за псих, но лишний раз решила не провоцировать. Он закинул её на своего коня как мешок с картошкой, из-за чего она отбила себе живот, а вместе с этим, казалось, и все внутренности, виски пульсировали острой болью от того, что пришлось ехать вниз головой.
Прибыли они на поляну и её завели в какую-то большую палатку, где в центре стоял какой-то странный ромбообразный камень, от которого исходило тепло и светло-голубое свечение. Это какой-то навороченный обогреватель? Но почему тогда одежда у присутствующих людей такая странная? Какие-то кафтаны, плащи. Куда она попала?
И теперь Чернова сидела возле странного обогревателя, ведь сухую одежду ей никто не дал, а мокрая, на удивление, быстро просохла, что вызывало искреннее изумление. Действительно новые технологии могут удивлять.
Несколько мужчин столпились возле стола и что-то с жаром обсуждали. Злата не могла разобрать их слов, всё плыло перед глазами. Она точно заболела.
Что с ней вообще произошло? Вот она с Риткой каталась на катке, а вот провалилась под воду, но откуда на главной площади взяться водоёму? Или там было какое-нибудь подземное течение? Поэтому её и вынесло в незнакомое место? Но Злата не чувствовала, чтобы её относило в сторону, она чётко погружалась на дно.
— Вызовите скорую, мне плохо, — как показалось Черновой, она произнесла это достаточно громко и требовательно, но видимо из-за своего состояния звучала всё же тихо, потому что мужчины не прекращали свой спор и даже не обратили на неё внимания.
В какой-то момент Чернова отключилась и проснулась от того, что кто-то потряс её осторожно за плечо. Злата скосила глаза на склонившегося перед ней рыжеволосого мужчину. Злате было очень жарко, пот стекал по вискам, а волосы уже противно липли к коже, во рту было сухо.
— Пить, — тихо попросила она и слабо дёрнула замок куртки, но он не поддался, выскользнув из ослабевших пальцев.
— Не положено, а то силы наберёшься, — отрицательно качнул головой рыжеволосый, хмуро на неё смотря. — Лучше сама во всём сознайся и дар по доброй воле верни.