Это был я. Настоящий, подлинный. Тот, самый человек, кем я был до всех этих превращений и трансформаций.

— Просто невероятно, — прошептал, касаясь родного лица дрожащей рукой. — Это действительно работает. Машина древних творит настоящие чудеса.

— Технологии древних не знают ошибок и не допускают промахов, — с нескрываемой гордостью заявил Кадар. — Ты полностью вернулся к своему изначальному облику. Каждая клетка восстановлена в абсолютном соответствии с данными твоего скафандра.

Продолжал долго и внимательно изучать своё отражение, не в силах поверить в реальность происходящего. Лицо казалось заметно моложе — бесследно исчезли все морщины на лице, которые появились за последние годы из-за постоянного стресса и непрекращающегося нервного напряжения. Кожа стала, естественно, светлее, полностью исчез характерный синеватый аварский оттенок.

— А как дела с псионическими способностями? — обеспокоенно спросил, пытаясь прочувствовать привычные ментальные ощущения.

— Должны сохраниться в абсолютно полном объёме, — уверенно ответил Кадар. — Псионика напрямую связана с мозгом и нервной системой, а я их не трогал. Изменениям подверглись только внешние физические характеристики.

Действительно, отчётливо чувствовал знакомое лёгкое покалывание в затылке — моё псионическое восприятие работало так же чётко, как и прежде.

— А что с имплантами?

— Временно отключены в целях безопасности, — пояснил старый учёный. — Когда организм полностью адаптируется к таким кардинальным изменениям, их можно будет безопасно активировать снова. Примерно через неделю-полторы.

Понимающе кивнул, продолжая заворожённо рассматривать себя в отражении. Поистине странное и волнующее ощущение — видеть своё настоящее, подлинное лицо после стольких долгих лет жизни в чужой, навязанной мне оболочке.

— Сколько времени я провёл без сознания? — поинтересовался у него.

— Очень много дней, — неопределённо ответил Кадар. — Сама процедура трансформации заняла длительное время, а остальной период организм восстанавливался после таких кардинальных изменений. Сколько именно прошло времени, точно не знаю. Давно отвык следить за календарём и временем. Да и часов у меня здесь, как видишь, нет — они мне не нужны.

— Кадар, — серьёзно обратился к старику, — похоже настала моя очередь выполнять свою часть нашей сделки.

— Да, разумеется, — с готовностью кивнул он. — Баронство Хиндж и возможность покинуть эту планету. Уже почти полностью я готов к долгожданному путешествию. Когда именно отправляемся?

— Дай мне всего несколько дней, чтобы окончательно освоиться в обновлённом теле, и можем смело лететь.

— Превосходно. А пока позволь показать тебе кое-что по-настоящему интересное и удивительное.

Он повёл меня значительно глубже в лабораторию, к той загадочной части, которую раньше не видел. За массивной металлической дверью с замысловатыми замками открылся ещё один грандиозный зал, размером ничуть не уступающий первому. Но здесь не было сложных машин и механизмов — только бесконечные ряды высоких стеклянных капсул, большинство из которых стояли совершенно пустыми.

— Что это за место? — с любопытством спросил.

— Хранилище биологических образцов, — торжественно ответил Кадар. — Здесь древние методично собирали и сохраняли образцы самых различных форм жизни со всей галактики. Большинство форм давным-давно погибло, но кое-что ещё теоретически можно восстановить при должном умении.

Осторожно подошёл к одной из наполненных капсул. Внутри в мутноватой желтоватой жидкости медленно покачивалось что-то, отдалённо напоминающее небольшого хищного зверя с непропорционально большими клыками.

— Для каких целей всё это предназначалось? — поинтересовался.

— Научные исследования. Генетические эксперименты. Создание совершенно новых, искусственных форм жизни, — Кадар задумчиво пожал всеми четырьмя плечами. — Древние воистину великие и гениальные генетики. Все удивительные создания, которых ты видел на поверхности острова — тенеморы, разумные приматы-носильщики — это плоды их научного творчества.

— И ты продолжаешь их великую работу?

— Пытаюсь в меру своих скромных возможностей, — честно признался он. — Но мои знания весьма ограничены по сравнению с их гением. Большую часть их передовых технологий я так и не смог до конца понять и освоить.

Мы неспешно прошли вдоль бесконечных рядов таинственных капсул. В некоторых различал неясные формы, которые когда-то могли быть разумными существами. Другие содержали нечто совершенно чуждое и непонятное моему земному разуму.

В этот критический момент меня внезапно что-то больно укусило за плечо. Резко повернувшись, посмотрел на Кадара, спокойно идущего позади, и с подозрением спросил: