Сон пришёл неожиданно быстро и глубоко, и мне приснилась моя дорогая Айли. Она стояла посреди бескрайнего поля экзотических цветов всех цветов радуги и лучезарно улыбалась, протягивая мне свои маленькие ручки. «Папа, — говорила она мелодичным голосом, — я терпеливо жду тебя дома».

Проснулся с первыми золотистыми лучами восходящего солнца, чувствуя себя на удивление отдохнувшим и полностью готовым к предстоящему испытанию. Сегодня решалась моя дальнейшая судьба — ни больше, ни меньше.

Кадар уже терпеливо ждал меня в лаборатории, словно не спал всю ночь. Грандиозная машина древних была полностью активирована и готова к работе. На голографическом дисплее ярко светились невероятно сложные диаграммы и схемы — детально проработанная программа полной генетической трансформации.

— Готов к процедуре? — серьёзно спросил старый учёный.

— Полностью готов, — уверенно ответил и начал методично раздеваться.

Ложась в знакомую капсулу во второй раз, ощущал удивительное, почти мистическое спокойствие. Что бы ни произошло в ближайшие часы, я уже сделал свой окончательный и бесповоротный выбор.

— Процедура займёт много дней, — предупредил меня Кадар серьёзным тоном. — Ты будешь находиться без сознания большую часть этого времени. Машина введёт тебя в глубокий, почти летаргический сон, чтобы организм не сопротивлялся кардинальным изменениям.

— Понял, что-то ещё?

— Нет. Удачи тебе, Рик. Увидимся позже.

Крышка медленно закрылась с финальным щелчком, и в последний раз оказался в мягком, обволакивающем свечении капсулы. На этот раз ощущения были кардинально другие — гораздо более интенсивные, глубокие и всепроникающие. Отчётливо чувствовал, как что-то фундаментальное меняется на самом базовом клеточном уровне, как моё тело медленно, но неуклонно трансформируется в нечто совершенно иное.

Очнулся от приятного ощущения лёгкой прохлады на лице. Воздух теперь казался совершенно по-другому пахнущим — более свежим, чистым и живительным. Тело ощущалось совершенно не своим. Словно примерил костюм, который мне либо слишком велик, либо мал — что-то определённо кардинально изменилось на физическом уровне.

Медленно и осторожно открыл глаза. Крышка капсулы аккуратно поднята, и лежал, созерцая высокий каменный купол лаборатории. Первым делом попытался поднять правую руку и внимательно рассмотреть её. Общее состояние организма у меня было такое, словно из меня магическим образом высосали абсолютно все жизненные силы. С огромным трудом мне удалось медленно приподнять кисть и пристально посмотреть на неё.

Рука совершенно другая не та, что видел последние годы. Пальцы стали заметно длиннее и тоньше, кожа приобрела естественный бледный оттенок, а на тыльной стороне ладони отчётливо виднелся едва заметный шрам в форме полумесяца — тот самый, который заработал ещё в раннем детстве и который не было видно уже много лет. Сердце забилось значительно быстрее от волнения — значит, невероятная процедура действительно сработала!

— Наконец-то проснулся, — услышал знакомый голос Кадара. Он стоял прямо рядом с капсулой, внимательно изучая показания многочисленных приборов. — Как чувствуешь себя после трансформации?

— Очень странно, если честно, — откровенно ответил, медленно и осторожно пытаясь сесть в капсуле. Мой голос тоже кардинально изменился. Он стал заметно ниже и менее хрипловатым, чем раньше. — Словно абсолютно всё тело принадлежит не мне, а кому-то совершенно другому.

— Что у меня с голосом?

— Это совершенно нормальная реакция на столь кардинальные изменения, — успокоил меня опытный Кадар. — Мозгу просто необходимо определённое время, чтобы полностью адаптироваться к новым физическим параметрам тела. Через несколько дней всё станет абсолютно привычным. А сейчас добавим тебе недостающих сил.

Он поднёс к моей шее странный инъектор и быстро влил в организм полную дозу ярко-жёлтой питательной эмульсии, которая мгновенно разлилась по венам живительной волной энергии.

С помощью заботливого Кадара медленно встал на ноги, и тут же ощутил разительную разницу. Стал заметно выше — примерно на пять-шесть сантиметров. Центр тяжести сместился, и теперь все движения казались непривычными и требовали сознательного контроля, словно учился ходить заново.

— Зеркало, — попросил с волнением в голосе.

Кадар понимающе кивнул и осторожно подвёл меня к большой полированной металлической панели, служившей идеальным зеркалом. То, что увидел в отражении, заставило меня буквально замереть от потрясения.

На меня смотрел совершенно другой человек. Знакомый и в то же время абсолютно незнакомый. Лицо стало более угловатым, но отнюдь не грубым — наоборот, приобрело благородные черты. Скулы высокие и выразительные, подбородок волевой и решительный. Глаза остались теми же самыми родными с детства — единственная неизменная деталь во всём облике. Волосы стали тёмными с благородным седым отливом, вместо прежних чёрных как смоль.