Его тут же перевернули. Коварная ухмыляющаяся морда Дролесса нависла над ним, а его когтистые пальцы большо сжали плечи.

— А теперь. Давай. Сюда. Капсулу, — грозно потребовал он.

— Разогнался, — злобно выплюнул Ирнис.

Он злобно сощурился и задергал руками, в попытке выкарабкаться. Зашевелил телом, намереваясь подогнуть ногу и ударить Дролесса в живот еще разок. Да так, чтобы подбросить его на пару метров. Ирнис нажал, как мог, на обе пятки, активируя программу накопления энергии для высокого прыжка.

— Давай уже без твоих фокусов, — на грубой морде Дролесса скользнуло секундное разочарование.

В следующий миг он плотно сомкнул голени, зажав ноги Ирниса без возможности пошевелить ими — колени стукнулись, распространив по телу новую волну боли.

Не дождавшись ответа, громила скорчил расстроенную мину и прижал правую руку Ирниса к его же телу. Немного повернул, открывая себе доступ к его боковой части. Толстым когтистым пальцем провел по месту, где находился карман.

Тот покорно раскрылся. Расплывшись в зубастой улыбке, Дролесс рывком сунул в него пару толстых пальцев и выудил наружу капсулу. Резким движением он легонько ударил ее квадратной защищенной стороной по виску Ирниса.

Синекожий со вздохом отключился.

Дролесс поднялся на ноги и покрутил капсулу в руках. И, довольно засвистев, двинулся к поросшему растительностью склону.

— Проще простого, — тихо запыхтел он.

Подбросив капсулу, он схватил ее и покрутил в руке. Как вдруг остановился, ощутив слабое движение тверди под ногами.

Послышался далекий гул. С веток деревьев в полет сорвались, громко щебеча, разного вида птицы.

— Что за… — навострив треугольные уши, Дролесс резко обернулся и задрал голову к скалистой верхушке вулкана.

Но там не было никаких изменений. Даже дыма не было видно… Но он не успел что-либо предпринять — на него с разбегу накинулся Ирнис. Пронырливый кармслянин ударил его ногой в грудь, но громила изловчился и схватил его за стопу.

— Что, играть вздумал? — со скукой проревел он.

Ирнис ухмыльнулся ему в ответ. Резко крутанулся, вырываясь из хватки противника, и зарядил утяжеленной стопой ему по морде. Дролесс упал на спину и выронил капсулу — она покатилась по слабо дрожащей каменистой тверди к склону.

Но была вовремя схвачена Ирнисом.

— Никогда не недооценивай меня, — выплюнул он в сторону поднимавшемуся на колени зеленому громиле.

Как вдруг земля под ногами гулко встряслась. Ирнис не удержался и свалился, но быстро поднялся. Последовал очередной толчок, из-за которого на тропу с отвесной скалы вулкана посыпались камни. Росшие подле нее деревья качнулись, посыпали с ветвей густую листву. Некоторые из них предательски накренились.

А затем прогремел еще один толчок, обрушивший Дролесса и бросившегося прочь Ирниса с ног.

Отвесная скала немногим выше верхушек деревьев с грохотом раскроилась. Трещина принялась опускаться и перенеслась на каменистую тропу, устремилась к обрыву. Дролесс, к которому она так быстро ползла, неуклюже отпрыгнул в сторону. Все растущая глубокая трещина сделала последний рывок и остановилась, так и не разделив тянувшийся вдоль вулкана выступ до половины.

Громила резко замотал головой. Как вдруг застыл, широко раскрыв глаза. Его морда в ужасе вытянулась.

Перед ним, словно в замедленной съемке, развернулась картина падающего спиной с обрыва Ирниса: он широко раскинул руки, наклонил корпус тела вперед, стараясь удержаться ногах на краю. Капсула словно бы застыла над ним в свободном полете, чтобы через пару мгновений вместе с Ирнисом исчезнуть в пропасти.

Выйдя из транса, Дролесс выругался и бросился к краю, с которого только что исчез кармслянин. Упал на колени и завертел головой. Как бы он ни пытался, но не увидел ни его, ни капсулу. Внизу только качались на ветру зеленые кроны. В лицо дул легкий ветер, вдали разрывались звонкие птицы. Казалось бы, ничего страшного не произошло.

Он склонил голову и ударил мощными кулаками по каменистой породе, рассыпая с ее хрупкой поверхности серые ошметки. До него вдруг дошло острое понимание.

Вся Галактика была теперь обречена на гибель. Из-за этого упертого дурака Ирниса.

Все тело болело, а каждый вдох отзывался пожаром в легких. Кармслянин замычал и попытался подняться. Но только опереться на руку не получилось; слабая, она не смогла удержать вес тела — Ирнис упал спиной обратно на мягкую поверхность. Вслед за пружинистым скрипом кровати пришла тишина.

Тогда пришла тяжесть. Она сковала горло, заставила зайтись кашлем. Когда приступ прошел, снизу вдруг стали различимы глухие голоса, затем разбавившиеся ударами, похожими на звук шагов. Сначала они сместились сильно влево, а потом принялись подниматься, чтобы затем стать все громче и громче.