— Коби… — басом прорычал он.

— Т… Дро… — услышал он прерывистые звуки.

Или же, ему так показалось.

— Я жду тебя. Мои модули навигации сдохли, пожалуйста, найди меня по слежке.

— Д… я…

Дролесс разочарованно выдохнул и вырубил прибор нажатием лысого когтистого пальца на большую черную кнопку. Взялся за массивный штурвал и повел свою громоздкую машину прямиком по координатам упавшего на планету челнока. Его корабль плавно вошел в воду местного океана неподалеку от атоллов и скоплений островов, захоронив себя под толщами воды.

Теплое летнее утро не предвещало ничего дурного. Было около десяти утра, когда Рик поднялся с кровати. Он был бы не прочь поспать еще, но дурная птица, громко щебетавшая на дереве под одним единственном в комнате окном, слишком быстро прогнала сонную дремоту. И сразу же испортила настроение.

— Хэй! — Рик с ревом высунулся из распростертого окна, опершись одной рукой о деревянную раму, а другую высунув наружу и сжав ее в кулак. — А ну пошла отсюда!

Птица сразу же закрыла длинный изогнутый клюв, и, взмахнув широкими крыльями, вспорхнула с ветки и исчезла в голубом небе, на котором виднелись бледные полукруги двух маленьких лун. Радужное перо выпало из ее пышного хвоста и, покачиваясь, упало на оконную раму рядом с Риком. Тот фыркнул и смахнул его, и оно, падая все ниже, наконец, исчезло в растущем внизу пышном кусте.

Полосатый криот на мгновение пожалел, что купил здесь дом. Желая провести заслуженный трехмесячный отпуск вдали от городской суеты, он не подозревал, что подобная жизнь полна проблем, и в первую очередь, хозяйственных. На этом небольшом острове размером не более десяти квадратных километров, находились пышные джунгли, полные самого рода разной живности. А еще возвышался похожий на треугольную скалу спящий вулкан. И, хотя дом находился в дальней от вулкана точке, его лысую вершину все равно было видно над растущими на неровном рельефе острова, верхушками деревьев.

И пусть дом стоял у береговой зоны, подтопление все равно не угрожало ему. Из-за мелководья у берегов и неровного углубления дна, наводнения очень редко посещали сушу. Даже во время чрезвычайно редких землетрясений.

Практически вся планета представляла собой структуру разного размера и количества островов, где на особо крупных располагались города и технологические центры. Столица же заняла место на самом крупном из них на противоположной стороне планеты, и жизнь там была настолько оседла, пленительна и дорога, что погубила не одного криота.

Рика, в прочем-то, как и его друзей, не смущала жизнь в спокойствии на удаленном островке. Всегда можно было все изменить и продать жилье, перебраться в место пошумнее. Но, пока представилась отличная возможность, он пригласил друзей пожить у себя, дабы отдохнуть в приятной компании, подальше от суеты городов.

Населяющие планету криоты научились перерабатывать отходы на специальных заводах, дабы не отравлять океан. Без особых проблем развили необходимую инфраструктуру, усложнили местный язык и даже продвинулись в технике. Но межзвездные перелеты не освоили, хотя и мечтали посещать другие миры. Ограниченно открытая из-за ценных экзотических семян и животных, торговля с представителями других рас была для них окончательно закрыта решением глав Галактической Федерации, дабы не мешать развитию их уникальной цивилизации. Но пронырливые от природы криоты все-таки выкрали чертежи и образцы техники у инопланетных туристов и нелегальных торговцев. Этот смелый шаг позволил им продвинуться в развитии науки и образования. За шесть поколений они окончательно сменили глиняные хижины и копья с набедренными повязками на кирпичные здания и пиджаки на столичном острове, что вызвало волнения у глав Галактической Федерации и повлекло полное закрытие планеты от контактов и торговли с развитыми расами. Никто из них более не доверял ушастым кочевникам, а потому, их планету велели оставить в покое.

Со стороны коридора послышался хлопок двери — Рик высунулся из своей комнаты и обнаружил почесывающего за ухом Деккора. Вернее, его покрытую взъерошенной белой шерстью с парой рыжих полос, спину. Тот направлялся прямиком к лестнице, ведущей на первый этаж, где располагались кухня, гостиная и уборная.

— Что, тоже не спится? — с усмешкой уронил он в спину белому криоту с рыжими полосами.

Тот остановился на полушаге и нервно взмахнул тонким и длинным хвостом. Полуповернулся к нему.

— Ага, — зевнув, флегматично произнес Деккор. — Чего ж так разорался-то с утра? Заснуть я уже не смог, есть захотелось…

Он провел коготками по макушке, видимо, желая привести короткие волосы в порядок после сна, но только еще сильнее их растрепал.

— А, ну ступай. А холодильнике рыба жареная еще со вчера осталась.

Деккор задорно улыбнулся, продемонстрировав острые клыки.

— А ты шаришь, братан. Я как раз за ней, — чуть ли не промурлыкал он.

Отвернувшись, он направился на спуск. Рик двинулся вслед за ним и, потянувшись, свернул вправо, к перилам наполовину внешнего коридора. Приложился на них руками и глянул вниз — на просторную комнату, с диваном и телевизором. С перил, если постараться, можно было спрыгнуть на приставленный прям под ними к стене диван. Это было довольно рискованно, диван мог треснуть, а потому, каждый раз приходилось отговаривать себя от такой авантюры. Пылкое желание каждый раз остужал огромный плоский телевизор, который можно было бы зацепить неудачным приземлением. Или же, звуковая колонка, которая могла опрокинуться, и не приведи тайфун, что-нибудь придавить.

Начав представлять свои успешные акробатические трюки, Рик даже взволнованно закачал хвостом. Как вдруг застыл в изумлении — услышал далекий неприятный гул.

Ему в ответ высунулся через дугообразный проем кухни со стороны лестницы, Деккор с поджаренным белым рыбным стейком на тарелке. Он глядел прямиком на него, явно ожидая объяснений. Но Рик вместо этого пробежал мимо него, перепрыгивая через ступеньки, к выходу. Тогда Деккор, наспех поставив тарелку на обеденный стол, ринулся следом за ним. Пробежал через распахнутую входную дверь за порог, по узкой каменной террасе вдоль удерживающих ее столбов, а с нее — на траву. Затем свернул к утоптанной грунтовой дорожке, стелящейся поперек маленькой полянки к пляжу.