Рассуждая о потенциале, он рванул вперёд как ракета! Это был реальный шанс на спасение! Даже если лошади рыцарей также не устают, скакать под тяжелым всадником они будут немногим быстрее, чем улепетывающий со всех ног скелетончик.

Тем временем, в центре поля костяные воины продолжали умирать. Не имея ни оружия, ни брони, они гибли в ужасающих количествах. Не столько под ударами копий и булав рыцарей, сколько под копытами лошадей, сшибленные нагрудными «таранами» их брони.

Тягостные минуты спустя, сопровождаемые противным треском ломающихся костей, топотом железных подков и скрежетом металла, атакующая волна прошла сквозь последние ряды скелетов, и таким образом, прошла через толпу до конца! Затем, развернувшись, всадники разметалась на отдельные рыцарские отряды, уничтожая кто кого хочет вразнобой.

В первые мгновения Зевс подумал, что на этом всё кончится. В конце концов, от первоначальной белой орды осталась едва ли одна десятая.

Но не тут-то было!

Пройдя поле насквозь, и перегруппировавшись, стена рыцарей разбились на отдельные клинья — около десяти или двадцати групп. Как видно, предводители рыцарей-убийц распределили между собой направления и, мгновенно рассеявшись, бросились преследовать наиболее многочисленные толпы скелетов-беглецов, уничтожая сначала то, что выглядело потенциально более опасным.

Отряд Зевса к тому времени, благополучно лежал под деревьями, зарывшись черепушками в чернозем. Предводитель на всякий случай даже зубы в грязи измазал, чтобы не блестели, привлекая внимание.

— Ведьма! — окликнул Зевс, приподнимая голову.

— Чего? — бегунья тоже приподнялась, рубиновые глаза ее блестели. И на фоне нового «макияжа» это выглядело зловеще. Подруга перемазалась ещё старательнее, не упуская ни одной косточки.

— Я понял! Они просто производят отсев. Возможно, игре необходимо ограниченное количество тех, кто начнёт первый уровень. Это как уровень ноль. Промо-отбор. Нам надо просто продержаться, пока программа не насчитает в живых именно то количество, которое ей нужно для начала.

Мозг Зевса, без особого участия хозяина, выдал интересную версию.

Боялся погибнуть, жалкий кусок плоти! Впрочем, плоти то как раз в Зевсе не имелось. Зато память уже затерла события о многих деталях жизни, в том числе о том, что они играют с ботами.

— А с чего ты так решил? — спросила Ведьма, настроенная весьма скептически.

— Сама посуди — это ведь не игра. Это просто избиение. Нам не дали ни оружия, ни брони! Нас просто хотят всех истребить. Специально не дали шансов.

— М-да… — сказала она мрачно. — Если ты прав, то нашим ребятам тоже не поздоровится.

— Ребятам… — протянул он. — Мы же с кем-то пришли? С кем-то играем?

— Да… играем, — словно вспоминая, ответила она. — Но с кем?

— Эти, с кем мы возможно пришли сюда поиграть… Думаешь, они бегают быстрее, чем соображают?

— Вряд ли, — призналась Ведьмочка. — Ведь у нас есть плюсы перед ними.

— О, неужели? — язвительно спросил Зевс.

— Мы не задыхаемся и не устаем, — напомнила подруга, растягивая слова, словно сражаясь с дикой мигренью. — В нашем случае это многое значит. Только… почему так больно думать?

«Наверное, ее мозг тоже включился в работу, вступая в диалог, — подумал Зевс. — Хотя, какой там мозг? Разве что костный! Это же Ведьмочка. Она… она… а что она? Ай. Больно то как».

— А вот крестьяне, наверное, устают, — продолжила рассуждать та, которую совсем недавно звали Вики.

— Логично. Нам нечем задыхаться и уставать.

— Вот и радуйся, дурень. И вообще может у них другие задания? Короче отстань от меня и молчи.

— Смотрите! — прокричал вдруг соседний скелет и привстал на корточки.

Рука его указывала на поле. Зевс хмыкнул, а Веда вздохнула.

Клинья рыцарей закончили избивать метавшиеся по полю скелеты. Ни одного стоящего или бегущего игрока не осталось. Всадники вновь сбились в кучу, а затем, проезжая цепочкой вдоль воображаемой линии, стали исчезать один за другим.

Некоторое время спустя на поле никого не осталось. Словно и не было здесь яростной битвы. Только ковер из костей напоминал о побоище. И множество черепов, с потухшими навсегда глазницами.

'И чего я поперся в это игру? — подумал Зевс, но не смог вспомнить причины.

Ещё через некоторое время, к удивлению Зиновия, поле начало оживать. Одинокие скелеты поднимались то тут, то там. Их было совсем немного, но все же выжившие счастливчики, спрятавшиеся за «телами» товарищей и избежавшие истребления, оставались.

Группа Зевса оказалась самой многочисленной. Снова собравшись вместе, остатки «армии скелетонов», беспомощно осматривались по сторонам.

— Нас осталось тысяч пять, — упавшим голосом обронила Ведьмочка, — пересчитав выживших по большим группам почти на глаз.