Иннидис полулежал на диване, подперев ладонью щеку и наблюдая за их игрой. Азартные взвизгивания Аннаисы забавляли, а полёт и приятное постукивание костей и фишек притягивали взгляд и успокаивали слух.

Чисира, убрав со стола, через несколько минут снова поднялась из кухни, неся в руках керамический горшочек с чем-то съестным. Миновав гостиную, она подошла к двери напротив, ведущей на верхние этажи. Иннидис не уделил бы этому никакого внимания, если бы Хатхиши вдруг не прервала игру, проследив за девушкой подозрительным взглядом. Та уже собиралась скрыться за дверью, когда женщина окликнула её:

— Куда это ты собралась, девочка моя?

Чисира обернулась и как всегда тихо и несмело ответила:

— Мы тоже ужинать садимся… там, на кухне. Я только отнесу еду для Ви и вернусь.

Хатхиши поднялась и упёрла руки в бока.

— А ну отнеси это обратно на кухню, — она указала на горшочек, — а потом ступай за этим лентяем и тащи его вниз. Чай не безногий и не господин, чтоб его обслуживать. Чего он там засел, как крот в норе? Довольно уже.

— Он боится, Хатхиши, — пояснил Иннидис.

— И так и будет бояться, если его не вытащить!

— Он, наверное, меня не послушает, — пробормотала Чисира. — Может, лучше ты…

— Нет-нет-нет, — замахала руками Хатхиши, усмехаясь, отчего морщины в уголках рта и глаз проступили резче. — Я ж не просто так тебя отправляю. Меня он боится ещё сильнее, чем выходить из комнаты.

— Ты для него слишком суматошная и громкая, — вставил Иннидис. — А он боится всего громкого.

— Ну так потому я и говорю ей идти, — указала Хатхиши на Чисиру. — Она тихая и миролюбивая. Если кто и сможет его уговорить, а не заставить, так она.

В этом был смысл. Пожалуй, из них всех только к Чисире Ви относился хоть с каким-то доверием, а она, казалось, искренне пыталась ему помочь. Наверное, друг в друге они видели что-то общее, и если бы Ви не выглядел так, как выглядел, бедный Мори сошёл бы с ума от ревности.

— И правда, Чисира, попробуй, — обратился Иннидис к девушке. — И чтоб тебе опять не спускаться на кухню, его еду можешь пока оставить здесь, — он указал на стол. — Заберешь на обратном пути.

Прошло, наверное, около четверти часа, прежде чем девушка появилась снова. Рядом с ней, стараясь держаться чуть позади и поближе к затемнённым стенам, шёл Ви, всё ещё прихрамывая и с опаской глядя на сидящих в круге света Иннидиса, Хатхиши и Аннаису. Но если он думал проскользнуть незамеченным, то врачевательница ему это не позволила. Поднялась навстречу, как только его увидела, и воскликнула:

— А ну-ка иди сюда, парень, посмотрю на тебя. Как нога? Лучше?

— Да, госпожа, — ответил спасёныш.

— Какая ещё я тебе госпожа? У меня имя есть!

— Да, Хатхиши, — послушно повторил Ви.

— Так-то лучше. Ну, не шарахайся, иди сюда, на свет. Гляну на тебя, уж дня три не смотрела.

— Да оставь ты парня в покое, — вклинился Иннидис. — Он вообще-то ужинать шёл. Ведь так, Ви?

Бедолага ничего ему не ответил, только посмотрел воспаленным левым глазом и опустил голову. Правый глаз по-прежнему скрывался под повязкой — временно или навсегда. Хорошо хоть, что Ви научился сам её менять.

— Да и пойдёт сейчас, — отмахнулась Хатхиши. — Надолго не задержу.

Она сама подошла к Ви и, потянув за руку, вывела на свет. Окинула взглядом всю его фигуру, утопавшую в старой хлопковой тунике Иннидиса, взяла его ладонь и пошевелила указательный и средний пальцы его правой руки, которые не сгибались и не разгибались до конца. Пробормотала:

— Так… с этим потом разберёмся.

Затем она приподнялась на цыпочки и, запрокинув его голову назад, осветила лампой веки. Разочарованно поцокала языком и выдохнула:

— Эх, лучше так и не стало. Ну да ничего, — мягко, почти нежно прибавила она, — ничего, мой мальчик. Я на тебя завтра при дневном свете ещё раз гляну и новое снадобье тебе сготовлю. Вот увидишь, мы ещё сделаем из тебя красавца. — Она похлопала его по плечу и обратилась к Чисире: — Всё, забирай его, идите ужинать. А завтра на улицу пусть выйдет. Пора уже. — И снова к Ви: — Чтобы всё до крошки съел, ясно?

— Да, гос… Хатхиши.

— Приятного вам ужина, — улыбнулся Иннидис. — Насладитесь им как следует.

— Спасибо, господин, — произнесли Чисира и Ви почти одновременно.

***

Иннидис с самого утра посетил городские купальни. Находились они недалеко, так что он не стал седлать коня, а прогулялся до них и обратно пешком, вернувшись ещё до пробуждения Аннаисы.

Вообще-то в тёплое время года и сам Иннидис, и домочадцы чаще всего мылись в кадках и купальных бочках, установленных на заднем дворе, за перегородками. Воду в них наливали с утра прямо из колодца, и к вечеру она уже согревалась под солнечными лучами. Но всё-таки ничто не могло заменить ароматный пар и горячую воду мраморных купален, так что он обязательно выбирался туда пару раз в месяц, а уж сегодня ради такого случая тем более потратил на это время и заодно получил удовольствие.