Глубоко вздохнул. Потом коснулся колоды. Делать это необязательно, но врот как-то привык овеществлять свои действия.

Она выскользнула почти сразу – будто почувствовала зов. Лия. Как всегда, в белом. Как всегда, ослепительно сильная и красивая. Как всегда, раздражённая.

– Ты можешь взять с собой пару сумок? – выдохнул, едва восстановив дыхание, перекидывая в них сейчас содержимое того, засвеченного баула.

– В каком смысле? – прищурилась.

– Ну, "с собой" – когда убираюсь тебя в колоду.

– Да. Оружие же беру. А чем сумки отличаются? – выразила она недоумение моим вопросом.

– Отличаются тем, что они тяжёлые, – буркнул недовольно. – ишь, все умные такие. А мне срочно надо скрыться.

Она взглянула на сумки, потом на меня.

– Не вопрос, а что там?

– Да так, всякое. Немного ценностей с… скажем так, "внезапной ревизии" банка. В основном, пачки кредитов. Пара артефактов. Ничего радиоактивного, если что.

Она моргнула, подняв бровь.

– Ты грабанул банк?

– Нет. Я его "починил". В некотором смысле. Меньше будут полагаться на технику. А потом случайно утащил с собой кое-что. Думал, хоть остановят. Но вот уже более двух недель прошло, а тишина. – Пожал плечами. – Немного налички оставил себе на расходы, остальное – в сумках. Не таскать же мне теперь это по улицам?

Лия закатила глаза, но руки уже тянулись к ремням.

– И я теперь сейф?

– Ты теперь надёжнее, чем любое хранилище. Пока колода цела, никто не доберётся.

Она повесила одну сумку на плечо, вторую взяла в руку, по привычке проверила вес, как будто собиралась пойти в рейд. Хмыкнула.

– И что тебя так прижало?

– Я вызвал Шута. Ну, ты знаешь. Чтобы… порядок навести.

Она застыла.

– Подожди. Шут? – голос сделался ледяным. – Ты вызвал Шута. Для порядка?!

– Ну да. Типа... навести порядок здесь, добавить уюта….

– Ты дурак, или просто не лечишься?! – она повернулась ко мне с таким выражением, будто прямо сейчас собирался залить себе в глаза кислоту. – Шут и порядок – это, мать твою, как яд и гомеопатия. Теоретически возможно, но крайне и смертельно опасно. Представляю, что она тебе за порядок устроила.

– Ну вот, – кивнул в сторону окраины квартала, где небо всё ещё переливалось багровыми бликами. – Теперь от картеля скрываюсь. А ты – бери сумки.

Она покачала головой, но подчинилась. Естественно знал, что она не откажет – куда она денется-то с подводной лодки-то. Лия могла шутить, фыркать, угрожать, но в нужный момент – всегда была рядом.

Сумки исчезли в её тени, а через пару секунд – и она сама. Колода вздрогнула у меня на груди, как виброотклик на смарте, после возвращения карты на место в колоду, словно втянутой магнитом.

Остался один в мастерской.

Над головой гудела магии, где-то вдалеке доносились звуки вторичных взрывов, сирены и хриплые выкрики в эфире. Но здесь, внутри – было тихо. Вой уже закончился, как только отозвал Шута, а сделать это было непросто, пока шло сражения. Если что, не посмотрели бы. А вот когда стихло… со стороны картеля, так сразу и. И только один голос в голове продолжал повторять:

"Теперь у тебя есть карманный сейф. С глазами. И характером. Круто."

И, если честно, круто действительно было. Даже контрабанду через границу, выходит, можно таскать. Главное – чтобы самого не повязали. А остальное… ну, остальное – уже по ходу разберёмся.

И тут, как будто всё это время только и ждала момента, когда Лия исчезнет, дверь мастерской рвануло. Не скрипнула, не открылась – именно рвануло. Сквозняком с мясом, с шаром давящего присутствия, с едва уловимым озоном в воздухе и пульсацией в висках.

Лайя.

Стояла в проёме. Чуть наклонив голову, будто выбирала – входить ли вообще. В руках – диск, тот самый, чёрный, как глянец лунного камня. Над плечом колыхалась тугая тень, будто скрывающая за собой целый арсенал. В её взгляде не было гнева. Только холодная решимость.

Я же стоял сейчас, как идиот. Смотрел то на неё, то на стол – где оставалась пачка кредитов, что не успел сунуть в карман. Как в дешёвой пьесе: не вовремя вошёл, не то держал в руках, не тот свет падал в окно.

Мысленно пробежался по возможностям – выпрыгнуть в окно, вызвать Лию обратно, провалиться сквозь землю. Реально же – просто отмер. Пару секунд тупого зависания, а потом только:

– Лайя... а ты зачем припёрлась?

Она медленно шагнула внутрь, даже не глядя по сторонам. Движения точные, как у дикой кошки, вошедшей в клетку не потому, что её заманили, а потому что она решила.