На Колина было жалко смотреть, его лицо теперь было цвета варёной свёклы. А лапа на моём животе сжалась покрепче. По крайней мере один в этой комнате отлично представлял, как.

— Ив, не злись! — тихо встрял темноволосый сухощавый Дан, который в их компании всегда был самым рассудительным. — Дело серьёзное. В горах… появился опасный чужак. Маг огромной силы, мы понятия не имеем, на что он способен. С самой ночи ищем, а следы запутаны так, что никак не получается нащупать ниточку. Только их подозрительно много в этих лесах. Мы тебе не должны были рассказывать… ты только не пугайся, хорошо?

— Не буду пугаться, хорошо! — покладисто согласилась я. — Это всё? И всего делов-то? Не вижу причины для паники.

В глазах парней появилось уважение. На кончиках пальцев держащего меня кота появились когти, которые легонько ткнулись мне в живот, вызывая волны мурашек. Кажется, кому-то крайне не нравилось, что его посчитали не страшным и не заслуживающим священного трепета.

Я расправила плечи и гордо откинула голову.

Пустота за спиной зашипела, когда я крайне метко попала… кажется, снова досталось многострадальному носу. Ну а я что, виновата? Нечего было так близко стоять и контролировать.

Лапа, правда, с живота не убралась. Но хотя бы когти втянулись обратно.

— Что ещё сказал Арн про этого чужака? — медовым голоском поинтересовалась я у Колина. — Буду признательна тебе за любую информацию!

На моём запястье угрожающе сжалась твёрдая рука. Предупреждает остановиться. Но меня уже несло. Может, хоть так про него что-нибудь разведаю!

— Ты точно что-нибудь знаешь, ты же доверенное лицо моего брата! — и я улыбнулась несчастному парню, отчего на его лице расцвела счастливая и немного глуповатая улыбка. Я почувствовала себя ещё более виноватой. Но меня же вынудили! Разве можно от девушки скрывать важные сведения? Я же изведусь вся, если хоть что-то не узнаю.

— Слышал, что это лазутчик вражеский. Очень опасный человек.

— Да-а-а… как интересно! Что ещё?

Кот выдохнул горячо мне в ухо… а потом прикусил его. Ой, мамочки! Точно, опасный. Особенно, когда ревнует.

— Там и рассказывать нечего особенно, если честно. Арн, кажется, знает больше, но нам не говорит.

— А откуда он? Этот лазутчик? Может…

Хочется добавить «из Империи»? Но не успеваю.

Кот жарко и влажно зализывает укушенное ухо.

И я совершенно теряю нить беседы. Кажется, он нашёл-таки надёжный способ отвлечь меня от расспросов.

— Ты в порядке, Ива? — обеспокоенно спрашивает Колин. — Красная какая-то, дышишь странно… не болеешь? Может, лекарства какие нужны? И вообще, собирайся, давай и правда тебя к брату отведём!

— Категорически… исключено! — отвечаю я, когда оказываюсь в состоянии говорить. — Возвращайтесь восвояси, и передайте Арну, что я как-нибудь сама разберусь, с кем… то есть, вернее, где мне жить! И сразу говорю, здесь вы тоже не останетесь, иначе я нажалуюсь Гордевиду. Он точно обрушит все кары небесные на тех, кто попробует его любимую ученицу соблазнять!

— Я… мы… ты… я и не думал! — подпрыгивает Колин, а уши его начинают алеть так, что в горы ночью можно будет ходить без огня.

Тот, кому на самом деле были адресованы угрозы, только посмеивается тихо, щекоча горячим выдохом. И принимается вкрадчиво поглаживать мой живот.

— Идите отсюда все, короче… — бормочу я, смутившись. — Мне тут посторонние сейчас не нужны. Я эксперименты провожу… опасные.

Например, как не помереть от разрыва сердца во цвете лет рядом с таким Невидимкой.

Который от души целует меня под ухом. Видимо, в качестве похвалы за то, что я, как хорошая девочка, выпроваживаю посторонних.

Ребята топчутся на месте, переглядываются. Видно, что и брата ослушаться не хотят. И со мной оставаться смущаются. Раз уж я так категорически настроена.

И тут дверь за их спинами сама собой распахивается.

А следом распахивается и калитка.

Я вздыхаю. Нет, ну что за манеры! Он где воспитывался, в дремучем лесу?

— Ну, раз ты запрещаешь оставаться… — кисло протягивает Колин. — То мы, пожалуй, и правда пойдем. Завтра хотя бы на праздник приходи!

— Какой ещё праздник? — стону я. Как же всё надоело! Хочу, чтоб хоть ненадолго весь мир оставил меня в покое. На праздниках местных я бывать обязана как будущий друид. Непреложное правило. А я как раз позабыла обо всём, и даже который день уже не заглядываю в свой блокнот-календарик, где отмечены все важные даты.

— Так это… у старого Оржека юбилей же! Сто лет деду стукнет. Придёшь?

— Конечно, — уныло подтвердила я. — Куда ж я денусь. Заодно брату мозги вправлю.

— Ну, вот и отлично! Там и увидимся! — с облегчением завершил свою миссию Колин и засобирался.