Ван с задумчивым видом шагал по тропинке, разделявшей два поля. Перед тем как улететь с Нэл, Бреган предупредил змея, что убьёт его, если с Майей что-то случится за время его отсутствия. Угрозы тайгана совершенно не удивили и даже не впечатлили Вана – он знал, насколько Бреган привязан к Майе, – и всё же он был вынужден признать, что раздражался всякий раз, когда видел, что тигр относится к лупаи так, словно она – его собственность. Что за нелепость? Волчица больше не принадлежала даже своему клану, и она достаточно взрослая и сильная, чтобы защитить себя – по меньшей мере, в большинстве случаев.

– Шесть дней. Нам понадобится шесть дней, а остальные будут там всего через два дня, – пробормотала Майя.

Волчица была ужасно расстроена. Она не понимала, почему Бреган улетел без неё, и теперь чувствовала глубокое разочарование.

– Что? Боишься пропустить драку? – пошутила Клеа.

– Нет, хотя, да, но… их всего трое, и мы понятия не имеем, сколько человек в отряде, за которым мы гонимся.

Ван тихо, недоверчиво хмыкнул.

– Что? Ты со мной не согласен? – спросила Майя.

– Бреган в одиночку может перебить небольшую армию, чего ты боишься? – спросил серпаи.

– Я не боюсь и знаю, он справится, просто…

– Ты за него волнуешься, – закончил за неё Ван.

Он смотрел так пристально, что Майя покраснела.

– Нет, то есть да, но…

– Майя, я знаю, ты будешь ненавидеть меня за то, что я сейчас скажу, – произнёс Ван, – но Бреган не волк. Он тайган.

– Бесполезно ей об этом напоминать, серпаи! Она и без тебя это знает, – фыркнула Клеа.

– Тогда почему у меня осталось иное впечатление? – хмыкнул Ван, наблюдая за Майей.

– С каких пор ты стал интересоваться любовными делами? – насмешливо спросила Клеа.

«Хороший вопрос», – подумал Ван. Он и сам не понимал, почему отношения Брегана и Майи так его бесят. Конечно, интрижка лупаи и тайгана – дело неподобающее и нелепое, змею следовало бы посмеяться и отнестись к этой истории так, как он всегда и относился к подобным сентиментальным глупостям: равнодушно и с презрением, однако…

– Меня интересуют не любовные дела, а слабости моих врагов, – отрезал он.

– У Майи нет никаких «слабостей», – прорычала Клеа, прожигая змея убийственным взглядом.

Ван недобро усмехнулся.

– Зато она сама – слабость Брегана.

– Всё не так, как ты думаешь. Между нами ничего нет, – проговорила Майя.

– Тогда почему ты позволяешь этому тайгану обращаться с тобой так, будто ты – одна из его многочисленных подружек? – насмешливо спросил Ван и ускорил шаг.

Майя побледнела. Серпаи произнёс вслух то, что она и сама знала: в отличие от молодых волков, молодые тигры не хранили верности единственной возлюбленной и легко меняли избранниц.

– Ненавижу этого серпаи, как же я его ненавижу! – пробормотала Клеа на ухо Майе, когда Ван отошёл на приличное расстояние.

– Да, но он прав. Мне не следовало позволять Брегану спать рядом с собой и защищать меня, будто я одна из молодых тигриц, с которыми он встречается. Это нехорошо, – признала Майя.

С тех пор как они встретились после разлуки, Бреган не отходил от Майи ни на шаг. Он шёл рядом с ней, спал рядом с ней и даже ел рядом с ней.

– Но вы ведь не делаете ничего плохого.

Майя грустно улыбнулась.

– Всё не так просто, и ты это знаешь.

– И какой у тебя план?

– Буду держаться на расстоянии. В любом случае я не из клана тайганов, а Бреган не один из нас.

Клеа кивнула и, желая подбодрить подругу, слегка подтолкнула её локтем в бок.

– Эй! Не хочешь побегать по полям?

– Но Бреган сказал, что мы не должны превращаться…

Клеа сверкнула озорной улыбкой.

– Ты же сама сказала: ты не из клана тайганов, поэтому вовсе не обязана ему подчиняться.

– Да, это правда, – нерешительно ответила Майя.

– Так что, мы можем превратиться и немного размять лапы? Что ты на это скажешь? Заманчиво? – подмигнула Клеа.

– При условии, что мы будем держаться подальше от обитаемых мест, – сдалась Майя.

– Договорились! – Клеа ещё не успела порадоваться, как услышала смех Вана.

– Если я правильно понял, мы превращаемся?

Клеа прикусила губу и кивнула.

– Путешествовать в зверином обличье гораздо быстрее.

Серпаи кивнул, в глазах его заплясали искорки.