Нэл поджала губы и повернулась к Брегану.

– Можешь назвать мне хоть одну причину, почему нам обязательно терпеть этого тупицу?

Бреган вздохнул.

– Рано или поздно ты к нему привыкнешь, у меня же получилось.

– Очень в этом сомневаюсь, – ответила Нэл, недовольно морщась.

Майя не сдержала весёлого смешка.

– Что? – скривилась Нэл.

– Да нет, ничего. Просто вы ни капельки не изменились! – со смехом ответила Майя.

– Да уж, они всё так же действуют на нервы окружающим, – согласилась Клеа.

– Возможно, это покажется вам странным, но, кажется, мне вас не хватало, – добавила Майя.

Судя по тону волчицы, это открытие удивляло и её саму.

– Не хватало нас всех? – фыркнул Ван.

Улыбка исчезла с лица Майи. Она пристально посмотрела на змея и ответила:

– Почти.

Серпаи стойко выдержал её взгляд.

– Мне следует чувствовать себя оскорблённым? – спросил он.

Клеа возвела глаза к небу.

– Всё, как я и говорила, – процедила она, – они все действуют на нервы… Правда, Бреган?

Тайган ответил не сразу – он был погружён в глубокие раздумья. У людей есть фора в несколько дней, к тому же они путешествуют верхом. Вполне возможно, двуногие уже добрались до своей цели.

– Я очень благодарен воронам за то, что они указывают нам путь, – тактично сказал Бреган, – но меня беспокоит, что мы движемся слишком медленно. Может, нам стоит проходить через деревни, а не огибать их?

– А что мы будем делать, если двуногие нас заметят? Не пойми неправильно, просто у Майи белые волосы, а у Вана сиреневые глаза. На нас обязательно обратят внимание, – вставил Кук.

– Тем хуже любопытным. Рискнём. Бреган прав, если мы и дальше будем еле-еле ползти, наша добыча от нас ускользнёт, – сказал Ван.

– Нам понадобятся лошади, – заметила Нэл.

Майя покачала головой.

– Лошади нас боятся.

Лошади, как и большинство животных, впадали в панику, стоило им почуять запах лупаи и тайганов.

– Вам не кажется, что было бы проще превратиться? – предложила Клеа. – Так мы выиграли бы кучу времени.

– Если мы превратимся, люди решат, что это нападение, – вздохнул Бреган.

– И что? – раздражённо спросил Кук.

– Мы уже это обсуждали, – сказал Бреган. – Сначала нужно оценить ситуацию, а уже потом начинать драку.

– Он прав, – признала Нэл. Затем добавила: – Если мы зайдём в какую-нибудь деревню, сможем найти седло. Придётся удлинить ремни, и вам, несомненно, будет тесно… но можно и потерпеть.

– Седло? – удивилась Майя.

– Если подобрать достаточно большое седло, я смогу нести двоих и доставить вас в проклятые земли за пару дней, – пояснила Нэл.

Бреган нахмурился.

– Нэл, я ведь уже говорил тебе, что…

– Я помню, что ты говорил, но у нас нет выбора. Только так мы сможем нагнать людей, – сухо ответила Нэл.

Бреган немного подумал и в итоге сдался.

– Хорошо. Спроси у воронов, где ближайшая деревня.

Нэл кивнула и посмотрела на кружащих над ними птиц.

Отряд Дункана разбил лагерь в зловещем лесу, который разделял земли людей и проклятые земли. Здесь росли гигантские корявые деревья, а редкие охотники, отважившиеся сюда забрести, часто слышали жуткое рычание и шипение, поэтому обычно никто не осмеливался совать сюда свой нос. Некоторые крестьяне даже утверждали, что здесь обитают призраки. Впрочем, Дункану уже случалось проходить этой тропой, и он не особо верил глупым россказням деревенских дураков.

– Дамиан и Сиф пошли охотиться. У нас почти не осталось провианта, а ты не хуже меня знаешь, что мы не сможем ни пить, ни есть, оказавшись там, – обратился к Дункану Амар – здоровенный загорелый детина с внушительными бицепсами.

– Понятно. Скажи остальным, пусть экономят воду, – ответил Дункан.

Амар кивнул. Он отошёл на несколько шагов, помедлил и вернулся обратно.

– Ты как? То есть, ну, ты же ходил туда два месяца назад, однако больным не выглядишь.

Дункан усмехнулся, затем провёл рукой по макушке и показал оставшуюся в пятерне прядь волос.

– Я ответил на твой вопрос?

– Выходит, мы все умрём от этой хворобы, да? Сколько у нас осталось времени? Год, месяц?..

Амар осёкся, слова застряли у него в горле. Дункан смерил товарища долгим взглядом и кивнул. Он не собирался им лгать. Все, кто отправился с ним, знали, что их ждёт, и тем не менее выступили добровольцами.

Несмотря на это, Дункан различил в голосе Амара нотку надежды. Не так-то просто согласиться умереть. Что может быть ужаснее смерти? Смерть так ужасна, что ни сердце, ни дух не выдержат.